Именно этого так отчаянно не хватало Анжеле. Когда она решилась отправиться в самостоятельное плавание, нигде в мире не существовало такого дома, где бы ее ждали, могли помочь советом или просто утешить. Она училась самостоятельности, и жизнь била ее, не давая передышки. У Анжелы не было опытного советчика, который вел бы ее за собой, ей не за что было ухватиться, когда земля уходила из-под ног. Люси росла в комфорте, ее ласково подхватывали заботливые руки, которые раскрывались для объятий или нежно обнимали ее, когда малышке требовалось утешение. Если Анжеле нужна была помощь, все, на что она могла рассчитывать — лишний пинок под зад. Это навсегда оставило в ее душе болезненный след, сделало угрюмой и недоверчивой, поселило в сердце страх. А ведь она хотела не так уж много — приюта, убежища, где можно укрыться, когда мир вокруг начинал бушевать, и спрятаться от злых людей. Если бы у Анжелы было такое место, для нее не было бы ничего невозможного. Душевное равновесие позволило бы ей идти по жизни играя, словно она — королева, осматривающая свои владения.
Во-первых, она смогла бы спокойно учиться в школе, а потом поступить в университет. И факультет бы выбрала в соответствии со своими способностями, и училась бы там, где захотела. Люси не использовала этот шанс. Она стала домохозяйкой, а теперь зависит от мужа и рыдает по пустякам. Ей тридцать пять! Десять лет замужем! Невероятно.
Получив диплом, Анжела выбрала бы одну из самых престижных профессий и зарабатывала бы на жизнь, занимаясь любимым делом и каждый день испытывая гордость за то, чего добилась. Общественное признание и чувство удовлетворения собственными достижениями укрепили бы ее силы, и однажды она встретила бы мужчину своей мечты, который вовсе не заблудился, как ей раньше казалось. На самом деле это Анжела сбилась с пути — и мужчина встретил не ее, а Люси. Ведь они так похожи, что он их просто перепутал. Нельзя в этом винить мужчину, на его месте кто угодно совершил бы ту же ошибку.
А Люси портит все, к чему прикасается.
Предположим, Ив действительно ей изменяет. Но кто в этом виноват? Конечно, новость печальная, но, если разговор об этом возник впервые за десять лет, разумно предположить, что прежде Ив никогда так не поступал. Тогда возникает вопрос, почему он это сделал сейчас. Возможно, в гипотетической измене Ива немало виновата сама Люси. Быть женой такого мужчины, как Ив, и каждый день любить его все сильнее, все больше дорожить им — разве не в этом счастье?
Анжела закрыла глаза. Разрушительная страсть, разорвав цепи запретов, овладела ее сердцем. Можно, конечно, и дальше лгать себе, отрицая очевидное, но, похоже, настало время признать, что она больше не в силах обманывать себя. Ив… Когда Анжела увидела его впервые, он сразу показался ей безумно соблазнительным. И она смутилась, стараясь держаться подальше от мужчины, который любил ее сестру. Со временем их отношения стали более близкими, но Анжела по-прежнему вела себя осторожно. Однако она замечала, что ее все сильнее тянет к Иву, хотелось видеть его, касаться, ощущать его присутствие. Влюбиться в мужа сестры… Только этого еще и не хватало! Но когда Анжела услышала, что Ив, возможно, изменил жене, ее просто скрутило от ревности. Только подумать: Ив наслаждается ласками другой женщины, которая конечно же не похожа на нее! Пока он спал только с Люси, желания Анжелы даже не пытались пробиться на поверхность сознания, ведь он занимался любовью со своей женой, которая была точной копией Анжелы. Но то, что случилось, — совсем другое дело! Если Ив изменил Люси, значит, он больше не счастлив с ней. Теперь Анжела знает: Ив несчастен и свободен — и истина, о которой она отказывалась думать, которую до сих пор из последних сил отвергала, вдруг предстала перед ней в полный рост.
Вопреки доводам рассудка Анжела влюбилась в Ива. Наконец она призналась себе в этом.
Медленно прокрутила мысли в голове, назвала свое чувство. Еще не до конца осознала, но начала привыкать к новой роли.
Представив себе, каким должен быть следующий шаг, Анжела содрогнулась.
— Возьми-ка это! — Миранда поставила перед Люси маленькую пузатую рюмку с ароматным напитком, в котором переливались тысячи красноватых и золотистых блесток.