— О, это очень важный пункт нашего договора, дающий мне множество преимуществ. Во-первых, если все будут считать Кэти моей любовницей, то она сможет войти в круг моих знакомых тори и помочь мне выяснить, зачем приехал в Бостон этот опасный тип виконт Лоуден. Во-вторых, я куплю ей дом поблизости от своего и буду использовать его для алиби.
— Для алиби? — непонимающе уставился на него Дэвид. — Как это?
— Очень просто. Если я как Итан Хардинг когда-нибудь попаду под подозрение и за мной начнут следить шпионы Гейджа, то я всегда смогу поехать к Кэти, чтобы на время избавиться от их назойливого внимания, — пока у ее дверей стоит мой экипаж, шпионы будут думать, что я провожу ночь в объятиях молодой любовницы, я же тем временем переоденусь и, выскользнув через черный ход, отправлюсь по своим конспиративным делам. Кроме того, Кэти может исполнять роль курьера.
— Не слишком ли это опасно для такой молоденькой девушки?
— Да она самая лучшая кандидатура! — горячо возразил Итан. — Подумайте сами, друзья, девушка умна и находчива, как никто, — пожалуй, она и мне по этой части может дать фору. А что еще нужно в шпионском ремесле? — Он умолк, снова вспомнив сцену на рынке, так поразившую его неделю назад, потом тряхнул головой, отгоняя воспоминание, и добавил: — Кэти обладает еще одним потрясающим талантом — она может очаровать и подчинить себе любого мужчину, если захочет.
— Кроме тебя, как я вижу! — хмыкнула Молли.
— Правильно, кроме меня, — серьезно сказал Итан, словно и не заметив ее иронии.
— Все это очень хорошо, — опять подал голос Дэвид Мунро, — и девушка вполне может справиться с той ролью, которую ты ей отвел, но можно ли ей доверять, вот что главное. Я лично сомневаюсь, ведь она собиралась следить за нами, чтобы потом выдать губернатору.
— У нее нет никаких политических убеждений, — пожал плечами Итан, — но Кэти слишком умна, чтобы не оправдать моего доверия: она знает, что от этого ей будет только хуже. Кроме того, сотрудничество с ней — единственный разумный выход из создавшегося положения. Вдобавок у меня есть достаточно сильный аргумент, который заставит ее хранить молчание и работать на нас: она — беглая рабыня одного помещика из Виргинии и как огня боится, что ее поймают и вернут обратно.
— И ты бедняжку этим шантажируешь? — метнула в него яростный взгляд Молли. — Я не верю своим ушам. Неужели ты и впрямь можешь отдать на муки эту несчастную, у которой не было ни одного счастливого дня за всю ее коротенькую жизнь? Как же очерствело твое сердце!
Упрек доброй женщины нисколько не задел Ита-на — он знал, что Молли, всегда отличавшаяся мягкосердечием и отзывчивостью, преисполнилась большой симпатией к девушке.
— Я предупреждал Кэти, чтобы она держалась от меня подальше, — заметил он, — но она пренебрегла моим советом, стала за мной шпионить и выследила, где я живу, чтобы продать эту информацию губернатору Гейджу. Ты и сама отлично понимаешь, Молли, что я не мог позволить ей это сделать. А как иначе заставить ее молчать?
— Значит, теперь ты угрозами и шантажом заставишь ее помогать нам? А что, если бедная девочка попадет из-за этого в беду? Разве ты можешь спасти ее от ареста? — продолжала волноваться Молли.
— Я уже обещал Кэти выкупить ее из рабства и отпустить на все четыре стороны. За свою помощь она получит самую драгоценную плату — свободу, которой жаждет больше всего на свете. Значит, мы все выиграем от этой сделки.
— Ты просто хочешь успокоить свою совесть, — ядовито заметила Молли.
— По-твоему, будет лучше, если Кэти при первом же удобном случае помчится к губернатору Гейджу, чтобы выдать нас? — задал риторический вопрос Итан и прежде, чем Молли успела ответить, добавил: — Или ты думаешь, что, воруя на улицах и скрываясь от развратника-хозяина, она подвергается меньшей опасности? Если оставить Кэти на произвол судьбы, то ее в конце концов либо повесят за воровство, либо отправят обратно в Виргинию, в лапы негодяя-рабовладельца!
Закончив свою тираду, Итан решительно поднялся, чтобы уйти, — последние два дня он практически не спал и очень устал, поэтому слушать нотации Молли у него не было ни сил, ни настроения. Однако, к его облегчению, добрая женщина не стала продолжать их словесный поединок.
— Мне лучше вернуться к себе до рассвета, — уже миролюбиво сказал он. — Я сегодня же распоряжусь насчет покупки дома для Кэти. Думаю, найти что-нибудь подходящее поблизости можно будет дня за два, не больше, а пока я бы хотел, чтобы девушка побыла у вас: пусть работает, помогает по дому, как прежде. И еще, приглядывайте за ней хорошенько — один бог знает, что может взбрести в голову этому созданию. Если мы не хотим, чтобы наша затея провалилась, за Кэти нужен глаз да глаз.
— Ладно уж, — проворчала Молли. — Я послежу за малышкой, хоть мне это и не по нутру.
— Значит, договорились. Тогда я пошел. — Итан двинулся было к двери, но вдруг остановился и обернулся к супружеской чете: — Чуть не забыл вас предупредить — я сказал ей только то, что она должна знать, не больше. Пока я не упоминал при ней виконта Лоудена и не заговорю о нем до тех пор, пока не сочту нужным. Уверен, наша красавица будет вас расспрашивать о деталях моего плана, так что прошу вас держать рот на замке: чем меньше она будет знать, тем лучше для всех нас, включая ее саму.
Супруги согласно кивнули, и Итан вышел на лестницу. Когда он снова со страшным скрипом спустился вниз, Кэти по-прежнему сидела в кухне на стуле в той же позе, в какой он ее оставил. Едва он вошел, девушка тотчас поднялась на ноги, и во взгляде, который она устремила на него, читался вопрос.
Кивнув ей, Итан направился к задней двери, собираясь без лишних слов отправиться домой, но при виде ее хорошенького сметливого личика неожиданно почувствовал необходимость напомнить о заключенной сделке.
— Я просил Молли не спускать с тебя глаз в мое отсутствие, — предупредил он, уже перешагнув порог. — Через день-два я куплю тебе дом, а пока оставайся здесь и под ее присмотром, работай по хозяйству, как будто ничего не произошло. И учти, если ты обманешь мое доверие, я без колебаний отправлю тебя к твоему хозяину Уиллоуби.
— В чем-чем, а уж в этом я не сомневаюсь, — ответила она и захлопнула дверь перед самым его носом.
Ошеломленный ее резкостью, Итан несколько мгновений стоял, уставившись в закрытую дверь. Ему почему-то расхотелось уходить. Пытаясь разобраться в своих ощущениях, он припомнил выражение ужаса, которое появлялось на лице Кэти всякий раз, когда он упоминал имя ее хозяина. Чем же Уиллоуби так ее напугал? И почему это волнует его, Итана?
Кэти застыла возле захлопнувшейся двери, не веря своему счастью, — ей невероятно, невообразимо везло.
Если бы в доме не было четы Мунро и Дэнни, она бы расхохоталась во все горло, настолько поразительно было то, что произошло с ней в последние несколько дней, ведь за это время она не только в силу обстоятельств стала шпионкой тори, но и умудрилась раздобыть те важнейшие сведения, ради которых, собственно, ее и завербовал виконт Лоуден.
Кэти с трудом подавила ликующий смех. Да, теперь она знала о «Джоне Смите» практически все, что нужно Лоудену: настоящее имя, адрес и то, что «Джон Смит» не располагал особыми источниками в стане тори, потому что сам был таким источником! Он действительно оказался крепким орешком, неудивительно, что до Кэти ни одному лазутчику не удалось его разоблачить. Подумать только, Итан Хардинг, денди, вхожий в высшее общество Бостона, втерся в доверие к губернатору и теперь, переодевшись простым рыбаком, передает собранную информацию вождям мятежников! Лоуден наверняка по достоинству оценит ловкость Кэти и обязательно подарит ей свободу.
Девушке вспомнилось бесстрастное лицо виконта, холодный огонек жестокости в его темных глазах, и ее радость моментально угасла. Можно ли доверять его обещаниям? Если она расскажет ему все, что знает, да еще раздобудет улики против Итана и других мятежников, как он того требует, и тоже передаст ему, то у нее, по сути, не будет никакой гарантии безопасности, — вдруг виконт, получив то, что хотел, нарушит слово и отошлет ее обратно к Уиллоуби?