Верю.
Ведь у меня был лишь Игорь, а я уже сейчас понимаю, что секс - это немного другое.
Не то, чем мы с ним занимались.
Руслан наклоняется.
И я не успеваю опомниться.
Меня словно током шибает, дугой выгибаюсь, как от разряда, когда его рот накрывает промежность. Невольно дернув ногами зажимаю его голову, и сама пугаюсь, но чувствую его дыхание на коже, будто тихий смешок. Он не отталкивает, наоборот, сдвигается по постели ниже и крепче обхватывает мои бедра.
И...
- Боже, - вырывается у меня.
Я не могу.
Ощущаю его язык, горячий и влажный.
Он размашистыми штрихами набрасывается на нежные складки, сразу атакует, выбивая все мысли.
Заставляя податься навстречу ему.
И...требовать еще.
Чтобы он впивался, глубже, сильнее, быстрее.
И он это делает.
Вылизывает меня, так бесстыдно, распутно, так зверски развартно, что, кажется пол расколется, и я на этой кровати провалюсь прямиком в ад.
- Руслан, - зову его и с силой комкаю простынь, смотрю на его руки в перчатках, на запястье и поблескивающий золотом браслет часов.
И у меня глаза закатываются, до него, до Руслана - как до луны, не дотянутся, но вот он рядом, его голова между моих ног, Руслан - это звучит, как...слово из заклинания на любовь.
Его пальцы сильнее впиваются в кожу. Языком он раздвигает складки, втягивает их в рот, я всем телом чувствую его голод, первобытный и страшный, затягивающий куда-то, откуда нет обратного хода.
Мечусь по кровати и кричу, это необъяснимо, так хорошо быть не может, это нечто...за гранью, нельзя такое испытывать.
"Не подпускай к себе никого" - всплывает в голове фраза уборщика.
И в дверь громко стучат.
И не дожидаясь ответа, распахивают.
- А вот и я, - раздается громовой голос бармена. - Там начинается игра, и будут мои фирменные коктейли, - докладывает он буднично, врывается в мой треснувший разум.
Руслан отталкивается на руках и оборачивается.
Перевернувшись, путаюсь в простыни, в разбросанных вещах, в задранном платье, и падаю с кровати.
Лежу на полу. Меня словно ураганом унесло.
Руслан садится на постели. Из-за кровати не вижу выхода, и самого бармена, лежу, забросанная собственной одеждой, платьями и нижним бельем.
И от стыда сгораю.
Подхватываю трусики. Натягиваю их на себя.
Руслан что-то говорит.
От вибрации его голоса по спине дрожь несется, такая сильная, что в ушах шумит и кожу покалывает.
Выглядываю и вижу, что Руслан уходит почему-то. И сразу прихожу в себя, будто кнопку нажали, включили меня.
- Привет, - смотрю на бармена и под его пристальным взглядом поправляю растрепанные волосы.
Щеки полыхают. Он внаглую заперся и видел, что мы тут делали.
Но он думает, что мы сексом занимались - и он не прав.
Это не секс был, а что-то гораздо сильнее, безумие какое-то, от которого у меня между ног все печет.
- Коктейли? - уточняю севшим голосом и поднимаюсь на ноги. Поправляю платье, и руки трясутся.
Да, мне нужно что-то выпить.
И оставаться в кафе, пока Даша на приедет.
Глава 10
СТАС
Отъезжаю от отеля и смотрю в зеркало, на двери девятого номера, в котором брат остался.
Хочется развернуться, забрать сумку. И чтобы он, когда с него вся эта дурь похотливая слетит - соображать, наконец, начал, какого черта он творит.
Для человека, который несколько лет в бегах, и не только от полиции прячется - Руслан на редкость безголовый, но это его и спасает, кажется, его сам дьявол хранит.
А еще у него дар убеждения. И с этой тонкой брюнетки он сейчас снимает платье, я уверен.
Скриплю зубами.
Мне плевать на самом деле, мне не восемнадцать лет давно, чтобы на красотку вздыхать. Я беру без проблем, кого хочу, когда хочу, и где хочу.
А эту я не хочу - заверяю себя.
Пересекаю парковку. Выезжаю к хлипкому мостику, под которым нет речки.
И резко торможу, чуть не влетев лбом в стекло.
Открываю окно, высовываю голову.
Не показалось.
Что за черт.
Распахиваю дверь и выбираюсь на улицу, в свете закатного солнца щурюсь, но вижу отлично.
Речки нет. И моста тоже.
Вместо насыпи внизу какая-то яма, черная, широкая. Заглядываю - и до дна не добраться, она разделяет дорогу надвое, далеко по ту сторону маячит тот самый проклятый поворот.
Досатю сигареты, закуриваю. Сажусь возле ямы, сминаю пустую пачку и кидаю вниз. Белеющее пятнышно исчезает, вслушиваюсь в тишину, и никаких шорохов, ничего.