И машинально, на инстинктах, достаю пистолет.
Отключаю предохранитель.
Кара, дернувшись, делает неуверенный шаг навстречу.
Я тоже шагаю к ней.
Сжимаю ствол, он от моей ладони нагревается.
Смотрю в испуганные глаза и приближаюсь, и сам до конца не понимаю, что сделать хочу, наброситься на нее, как пять минут назад на столе, ото всех спрятать, сберечь, и не отпускать больше.
Или пристрелить.
И не бояться, что я однажды голову потеряю, из-за этой женщины на километры вокруг разбросаю трупы, и останусь наедине с ней, от нее ждать своего приговора, в ногах валяться, молить о любви.
Я не понимаю, что с ней сделать хочу.
Но понимает она.
Всем телом вздрагивает.
И срывается с места.
Лети по залу.
Смотрю ей в спину.
Поднимаю пистолет.
Сощурившись, целюсь.
И стреляю.
Глава 27
КАРОЛИНА
Он меня убить хочет, это по его взгляду безумному поняла, нельзя так смотреть, на людей так не смотрят.
Слышу грохот выстрела за спиной, и вжимаю голову в плечи, чуть не падаю, кажется, чувствую удар в спину, и от этого удара впечатываюсь в двери.
- Ты озверел? - рычит Руслан, музыка совсем смолкла, до меня доносятся звуки борьбы.
Вылетаю из кафе под проливной дождь, поскальзываюсь и все таки падаю. Коленями бьюсь в скользкие доски.
Темно, вспышками молнии освещается стоянка, веранда и выходящие на нее номера, трава вокруг кажется синей, горит каким-то космическим светом.
Ползу, с трудом встаю на ноги. Отскакиваю за угол дома и ладонями веду по спине.
С меня ручьями стекает вода, и вода с неба обрушивается, если бы меня подстрелили - я бы не бегала, не стояла даже, наверное, Руслан его остановил, и Стас промахнулся.
Господи.
За что?
Он узнал, что я нашла сумку с деньгами в их номере?
Но полиция ведь не приедет, чего ему опасаться, я не причиню этим бандитам вреда, никакого.
Всхлипываю и трясусь под ледяным дождем.
Какой черт меня в эту гостиницу привел, где был мой ангел-хранитель, что мне делать теперь.
Слышу, как хлопает дверь кафе.
И далекий голос бармена:
- Куда! Туда нельзя! Гроза! Жатва!
Следом неразброчивый ответ Стаса. И мое собственное имя, этот выкрик смешивается с очередным ударом грома:
- Кара! Любовь моя, ты где?
Спиной налетаю на стену, на что-то железное. В свете сверкнувшей молнии вижу железную лестницу, выкрашенную зеленой краской, и без колебаний хватаюсь за мокрые перекладины.
Рывками, дрожа от страха, поднимаюсь выше и выше, туда, на крышу, и знаю, меня сейчас либо молния убьет, либо эти братья.
Слышу их голоса, и Руслана, и Стаса, они ругаются, зовут меня. Руками касаюсь шифера и подтягиваюсь, на крышу ложусь животом.
- Ты помнишь, что случилось с отцом, с нами? - громкий голос Стаса разрезает ночь.
- С каких пор ты в это веришь? - эхом вплетается голос Руслана. - В эти россказни, в эти байки!
- Я просто убью ее, прежде чем до смерти влюблюсь сам.
Ползу по крышке, дождь ливнем скатывается с карниза. Сверкает молния.
И я на секунду вижу лицо внизу.
Это лицо Стаса, задранное к небу, черные глаза, от взгляда которых меня в дрожь бросает сильнее, чем от ледяного дождя.
Краткая вспышка, и за ней темнота вокруг.
Замираю. Ощупываю шифер, не знаю, куда мне спрятаться, он меня видел или не видел?
И тут вдруг в крышу со свистом и грохотом ударяет пуля.
За ней еще одна.
Он видел.
И он стреляет в меня.
Полкзом пячусь, ладонями скольжу по ребристому шиферу, в темноте не вижу, куда, опору ищу.
Он снова стреляет, где-то близко совсем, кажется, жаром опаляет щеку, и я взвигиваю, пригибаюсь и заваливаюсь на бок.
И...качусь словно, не сразу это понимаю, но скольжу вниз, уже в голос кричу и хватаюсь за темноту, переворачиваюсь, и срываюсь вниз.
Вспышка молнии - и я вижу мужчин внизу. Преступные братья, Стас и Руслан Грах, порочные брюнеты, что за эту ночь душу из меня вытрясли, разбили ее.
Я падаю.
И жмурюсь.
Все так медленно, так долго длится, секунды будто растянулись в веках.
Я готова к удару об землю, а потом к звуку выстрела, я прощаюсь, со всей своей бестолковой жизнью, этими двумя десятками лет.
Жмурюсь сильнее.
Но удара не следует.
Я упала, я брякнулась обо что-то, но это не земля, это...
Снова сверкает молния.