Через полчаса, когда он уже переоделся и налил себе виски, в дверь снова постучали. Картер отставил стакан и выхватил «Вильгельмину». Два часа ночи — не время для визитов вежливости.
— Кто там? — спросил он, пригибаясь у стены. Тишина. Затем послышался звук, похожий на царапанье когтей. Ник осторожно снял цепочку и приоткрыл дверь, держа пистолет наготове.
В комнату тяжело ввалилась женщина. Картер носком ботинка перевернул её на спину.
Это была Гретхен Мохнер. И она выглядела так, будто прошла через ад.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Она была едва в сознании. Единственным звуком, вырывавшимся из её горла, был стон боли.
Картер дважды запер дверь, убрал «Вильгельмину» в кобуру и наклонился над ней, чтобы оценить ущерб. Её волосы спутались от крови и закрывали лицо. Блузка была разорвана в клочья, на чулках — длинные стрелы.
— Гретхен...
Один глаз попытался открыться, и хрип, вырвавшийся из её потрескавшихся губ, на этот раз прозвучал как его имя. Он подхватил её под мышки, пытаясь поднять, но она вскрикнула от агонии, и он осторожно опустил её обратно на ковер.
Очень бережно он просунул руки под её спину и бедра, поднял и отнес в спальню. Уложив её на кровать, он вытащил из ножен «Хьюго» — свой стилет — и аккуратно разрезал остатки одежды.
Её избили зверски. Почти всё тело уже начало покрываться синяками. Лицо выглядело ещё хуже: оба глаза заплыли, из носа к верхней губе тянулись полоски запекшейся крови. Губы распухли в три раза.
Один глаз приоткрылся, пухлые губы зашевелились. Картеру пришлось наклониться к самому её лицу, чтобы расслышать: — Он... он изнасиловал меня, — выдавила она. — И пока он это делал... он говорил, как будет убивать меня. Медленно. — Кто, Гретхен? Кто это сделал? — Его звали Копов... они прислали его...
Глаза её закатились, и слова превратились в бессвязное бормотание. — Ш-ш-ш, помолчи.
Картеру удалось влить в неё немного бренди. Он тщательно проверил её на предмет сломанных костей или внутренних повреждений. Наконец он вздохнул с облегчением: ей будет чертовски больно еще пару недель, но жизненно важные органы, кажется, не задеты.
Вскоре она снова пришла в себя и смогла говорить яснее. — Он пришел ко мне в квартиру после полуночи. Огромный, с бритой головой и маленькими глазками, как у свиньи.
Картер кивнул. Гретхен описывала того самого человека, которого он видел мельком перед тем, как потерять сознание в Алфаме. Кем бы ни был этот Копов, он успел натворить дел за одну ночь.
— Он говорил правильные вещи, а когда я открыла дверь, показал удостоверение. Боже, он был из КГБ... поэтому я его впустила. А потом, едва переступив порог, он начал меня бить. Он бросил меня на пол, а потом... я ударила его ножом в шею... Уверена, я убила этого ублюдка...
Она снова впала в забытье, губы дрожали. Внезапно она закашлялась, и из уголка рта потекла тонкая струйка крови. Теперь Картер уже не был так уверен в своем диагнозе.
— Тише, не говори, — он похлопал её по руке, вышел в другую комнату и схватил телефон. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы связаться с Робом Хейнсом в офисе AXE.
— У нас есть поддержка полиции. Они сейчас изучают то, что осталось от двух тел. К утру будут результаты. — Хорошо, но есть кое-что еще.
Картер рассказал ему о Копове и дал адрес квартиры Гретхен Мохнер. — Боже, Ник, ты притягиваешь трупы как магнит! — Вандростов зачищает хвосты. Проверь этого Копова. Он может быть ключом к чему-то важному. И пришли сюда надежного врача, как можно скорее.
Врач прибыл быстро — смуглый человечек лет шестидесяти с седыми усами и копной волос. Едва переступив порог, он посмотрел на Картера. — Вы пострадавший? — Нет, женщина. Она там.
Пока доктор занимался Гретхен, Картер стоял у окна, глядя на город. Картина прояснялась. Гретхен заигралась в шпионку. Каким-то образом она дала понять Вандростову, что Картер вышел на неё. Для КГБ она мгновенно стала расходным материалом.
— Я ввел ей гормоны и антибиотики, — сообщил врач, наливая себе порцию скотча в баре. — У неё внутреннее кровотечение, но ничего критического. Отлежится. Утром нужно перевезти её в больницу для полного обследования. — Вы сможете сделать это незаметно? — Конечно.
Картер снова запер дверь и заглянул в спальню. Гретхен спала. Её лицо, частично скрытое бинтами, было мертвенно-бледным.