***
— Дашка, ты чего?! — прижав ладонь к щеке, ошарашено спросил Юрий.
Да уж, чего-чего, а такой смачной пощечины он не ожидал. Еще и в фойе бизнес-центра, в то время, когда люди сходятся на работу. Хорошо, хоть лифт, в который уже вошла Карина, успел закрыться. А то испортила бы весь эффект, произведенный поцелуем.
— Я чего? А ты что себе позволяешь? — выталкивала каждое слово, сквозь сжатое от боли горло.
— Я не понимаю, классно же все получилось! Ты удачно пришла. Я и не просчитывал этот вариант, но…
— Замолчи! Ты уже достал со своими расчетами! Кроме себя не видишь никого, не задумываешься, что чувствуют другие… — не дослушав Юру, начала высказывать Даша, но сорвалась все же в плачь.
Слезы вмиг пеленой затянули глаза и покатились горячими ручьями по щекам. Дрожь пошла по телу. Она уткнулась в свои ладошки, пытаясь спрятать и унять эти рыдания.
— Эй, Дашочек, ну ты чего? Ничего же не случилось… — начал успокаивать Юрий, приобняв ее за лечи.
А эффект получился обратный, Дарью затрясло еще больше и всхлипы стали громче. Кажется, она теряла контроль над собой. Видимо, заметив это, Юрий, обхватив ее одной рукой, куда-то начал уводить.
И она шла. Не потому что хотелось, просто было все равно уже. Когда вспоминала взгляд Данила, его выражение лица, душа изнывала от боли. Она его разочаровала, и уже ничего не поделаешь. Может, Дарья и мало знала этого мужчину, но что-то подсказывало, что такой человек точно не будет ее слушать, верить тем более не станет. Все потеряно. Навсегда. И потому такое чувство, что ей сердце вырвали…
Не представляла, как, после вчерашнего, пережить все то, что увидела в глазах Данила. Даша до сих пор на губах ощущала его поцелуи, самые лучшие, самые чувственные в своей жизни… Такие, после которых не хотелось уже других, из-за чего и не сдержалась, влепила пощечину Юре. Хоть он и был приятен ей, как человек, друг, вызывал какие-то родственные чувства, но губы его были настолько чужеродными, а сам поступок — просто оскорбителен!
Сам Юрий, к слову, усадил ее в свое авто и куда-то вез. Ехали недолго, остановились у какой-то старой каменной лестницы, ведущей то ли во дворы, то ли в неухоженный, заброшенный сквер… Не могла сейчас различить.
— Даш, — заглушив мотор, обратился к ней Юра, — что происходит, а? Ну не просто в поцелуе дело же? — посмотрел на нее с несвойственной для себя серьезностью.
— Ничего не происходит. И не будет происходить. А ты думай, как дальше без меня воздействовать на свою Карину. Я больше не буду принимать участие в этом фарсе, это тебе и хотела сказать, когда пришла… так неудачно… — ответила хриплым от слез голосом, буквально растягивая каждую фразу.
Глава 21
В офис возвращалась просто через силу. Если б не надо было сумку забрать, ни за что не показалась бы здесь больше!
— Я отвезу тебя сейчас домой, ты успокоишься, и мы еще раз поговорим. Хорошо? — открыв для нее дверь авто, спросил Юрий.
— Сама доберусь. И говорить тут не о чем, — голосом, лишенным всяческих интонаций, ответила Дарья, на эмоции сил уже не было, все выплакала.
От макияжа не осталось и следа, что не смыли слезы, убрала влажными салфетками. Плечи опущены, расправиться не получалось, тело казалось тяжелым и непослушным.
— Даш, ну ты, может, объяснишь, в чем трагедия? Поговори со мной, — не унимался Юра.
— Отстань, — раз сотый повторила ему Дарья за это утро.
Войдя в лифт, еле справилась с вновь выступившими на глазах слезами. Но пока нельзя, потом, дома, надо потерпеть, ни к чему здесь раскисать.
Едва они с Юрой поднялись на свой этаж, как стало ясно: сотрудники в предвкушении. На ресепшене людей было больше, чем надо. И все замолчали в одночасье, когда их увидели. В приемной тоже терлись начальники отделов. Да и двери почти во все кабинеты были открыты. Народ явно ждал представление.
На приветствия отвечал только Юра. Для Даши это утро точно не было добрым.
— Юра, Данил Николаевич просил зайти к нему, когда… — подскочила к ним Ирина Андреевна.
— Не сейчас, мне надо отъехать, — едва глянув на женщину, ответил.
— Но… — хотела еще что-то добавить она.
— Я же сказал: не сейчас! У нас пожар? Наводнение? Нет? Ну, тогда мой брат вполне может подождать до обеда, — с типичной для него улыбкой закончил свою речь, остановившись напротив приемной.
Даша задерживаться не стала, шла намеченным путем к своему уже бывшему кабинету. Но голос Данила заставил и ее замереть на месте.
— Юра! Зайди ко мне сейчас же! Это важно! — рявкнул приказным тоном.
— У нас форсмажор? — с издевкой спросил Юрий.
— Возможно, — уже спокойнее ответил Данил. — Поверь, нам есть, что обсудить.
— Дождись меня, пожалуйста, — практически шепотом сказал Дарье.
Ничего не ответив, она зашла к себе.
— Идем, раз такая срочность! — взмахнул Юрий руками, направившись в кабинет брата.
***
Закрыла за собой дверь и обессилено прижалась к полотну спиной.
Господи! Как же больно было слышать такой голос Данила! И самое ужасное, что и ему, наверняка, неприятно… Хорошо, если просто неприятно, а не так же мучительно, как и самой Даше.
Оттолкнулась от двери, подошла к столу и плюхнулась на стул. Быстро достала из ящика белый лист и размашистым, неровным почерком нацарапала заявление об увольнении. Уже ставила подпись, как в дверь постучали.
— Даша, это я, — в кабинет зашла Дина Валерьевна с сочувствующим видом.
Если честно, разговаривать совсем не хотелось. И, видимо, почувствовав это, Дина Валерьевна лишь тяжело вздохнула, поддерживая, взяв Дарью за руку.
— Держись, — мягко сказала женщина.
Даша кивнула, отвернувшись в сторону. А потом подвинула заявление к начальнику отдела кадров.
— О! — отреагировала Дина Валерьевна. — Деточка, а я же предупреждала, что ничего хорошего не выйдет… — вновь тяжело вздохнула. — Вчера что-то произошло?
— Дина Валерьевна, спасибо вам за участие, но я не хочу ничего обсуждать. Извините, — единственное, что смогла выдавить из себя.
Поднялась, взяла сумку и решительно вышла из кабинета. Но чем ближе подходила к приемной, тем больше замедлялась. Ор, доносящийся из кабинета Данила, было слышно по всему офису.
— Дашка, а ты что с Юрой целовалась в лифте? — увидев ее, подбежала с вопросом секретарь. — Так а чего потом била его? Или неправда это? Но наши тут рассказывают, что видели…
Как же надоело это шоу! И в том, что она главная героиня, виновата сама.
Не стала отвечать, объяснять. Просто рванула к лифту. Практически ударила по кнопке вызова и стала ждать.
— Да… — услышала голос Карины сбоку, со стороны ресепшена.
Женщина подошла ближе, окинула Дашу оценивающим взглядом и добавила:
— А вы — роковая женщина, Дарья… Хотя кто бы мог подумать?!
— Вот это еще спорный вопрос, кто из нас роковая! — не удержалась, ответила со всем ехидством, на которое была способна в этот момент.
***
— Нет, я не понимаю, почему я должен уволить Дашу? Потому что поцеловал ее? Дань, ты себя слышишь, вообще? Что на тебя нашло? С первого дня прям взъелся на нее! — эмоционально говорил Юрий.
— Хватит ее защищать! Поверь, она не такая, какой тебе кажется! Это обманчивый образ… — пытался доказать Данил.
— Хватит лезть в мою личную жизнь! — перебил Юра. — Займись лучше своей! Позвони какой-нибудь дежурной красотке, проведи приятно вечерок, и не будут тебе мозолить глаза чужие поцелуи!
— Замолчи! — проорал Данил. — Ты не понимаешь, о чем говоришь! Просто поверь мне, не стоит тебе связываться с Дарьей. Уволь ее и держись подальше!
— Не указывай мне! И оставь в покое Дашу! — не сдерживался и Юрий, прокричал и направился к двери.