Жан поклонился, стараясь не выказывать враждебности. Лишь услышал вдогонку насмешливые слова:
– И это говорите вы, дворянство которого ставится под сомнения?!
Жан остановился, постоял не оборачиваясь и вернулся к стоящему верзиле. Молча постоял секунду и ударил того по лицу. Несильно. Но удар оказался неожиданным и господин отшатнулся, схватившись за скулу.
– Это вам за сомнения, месье. И присылайте своих секундантов. Оружие любое, на ваше усмотрение!
Он не стал ждать ответа и быстро удалился. Внутри у него клокотало. Сердце колотилось бешено и тревожно.
Поколебавшись и немного успокоившись, Жан решил заглянуть к Леноре. Её дом оказался намного ближе.
– Ты чем так взволнован? – испугалась она.
– Только что разговаривал с твоим ухажером. Предупредил его, но, судя по всему, он не придал этому значения и вдогонку оскорбил меня сомнениями в моем дворянстве. Я вернулся и врезал ему по морде. И предложил присылать секундантов.
– Боже! Николя! Зачем же так резко? Это ведь опасно для тебя! Мне страшно!
– Согласен, приятного мало, но и поступить иначе я не мог. Были свидетели нашего разговора, и мне ничего не оставалось, как дать ему в рожу. Остальное зависит от него. Как он отреагирует.
– И все это перед родами! Нашими, Николя, родами! Это плохо может кончиться.
– Не переживай раньше времени. Возможно, он откажется. Не думаю, что он достаточно силен во владении оружием. А стреляю я вообще-то прилично.
– Все же ты позанимайся, пока есть время, Николя, любимый! – и Ленора обняла его и целовала с нежностью необыкновенной. – Не дай себя угробить, как ты сказал бы. Пожалей нас с Ченитой! Мы тебя любим.
Прошла неделя, прежде чем секунданты навестили Жана Батиста. Жана дома не было, но Чениту предупредили:
– Мадам, передайте вашему супругу, что оружие для поединка выбрано. Это пистолеты. Пусть он навестит одного из нас и мы договоримся о времени и месте.
– Разве это не дело секундантов? – спросила слегка побледневшая Ченита.
– Вы правы, мадам, – поклонился один посланец. – Конечно, секунданты. Я буду ждать. Или мой товарищ... Месье де Гаруэн знает наши адреса, мадам. Простите, но мы выполняем наш долг. До свидания.
Ченита разнервничалась и вынуждена была выпить настой трав для успокоения, Жан увидел жену и тоже расстроился.
– Что случилось, почему ты в таком виде, Ченита?
– Приходили секунданты, Жан. Просили выслать им своих для уговора.
– Всё же решился, – произнес Жан и огладил бородку. – Тем лучше. Быстрее завершим наш спор. Значит, пистолеты? – спросил Жан, словно не слышал жену.
– Это же так опасно, Жан! А заменить на шпаги нельзя?
– Нельзя. Он должен выбирать оружие. Тем хуже для него.
– Почему? – расширила глаза Ченита.
– Я лучше владею пистолетом, моя милая. А у него наверняка реакция будет чуть замедленная. Рост большой. Значит, я его могу опередить. Я ведь на море с Алонсо две недели занимался стрельбой, и получалось отменно. Даже похвалу получил от него. И по англичанам удалось раз стрельнуть. Попал!
– Ты так уверенно говоришь, Жан! Надеешься победить?
– Без надежды нет смысла выходить на поединок, моя прелестная Ченита! – и нежно целовал её в губы и шею. – Я так соскучился по твоему телу и... ну сама знаешь, любимая девочка моя!
– А как Ленора все это восприняла?
– Она ведь трусиха, не то, что ты, моя белка! В панике. Ты бы пошла завтра поддержала её. Это лишний раз сблизит вас.
Ченита с подозрением глянула на мужа. Вздохнула.
– Я так и сделаю, милый мой хвастун! А ты уже нашел секундантов?
– Уже давно. Завтра пошлю их на переговоры. Дам им мои наставления.
Наставления Жана секунданты не выполнили. И Жан поехал на поединок, надеясь сам настоять на своем.
Они слегка опоздали, и секунданты извинялись довольно долго. Требование Жана стреляться не по жребию, а по звуковой команде, всё же приняли. Жан угрожал, заявив решительно: