Однако, прошло уже больше полугода, а отношения развивались настолько медленно, что надежда на успех таяла в представлении Чениты с каждым днем.
– Жан, – говорила она мужу, – как бы подтолкнуть их друг к другу? Более тесно и основательно? Мне сдается, что Ленора уже осознала и давно, что Жуль вовсе не ты, а кто-то другой. Он её вполне устраивает, как любовник, но этого мало.
– Это вначале стоит проверить, – поддержал Жан супругу. – И лучше тебя никто не сможет с этим справиться. У тебя, кстати, талант «поговорить по душам». Ты этим легко воспользуешься. Одновременно сможешь её проверить.
– Ты прав, – согласилась Ченита. – С Жулем будет легче. Кто откажется от богатой невесты. А она всего на год или два старше Жуля. Это даже лучше. Будем действовать, – оживленно воскликнула Ченита. – Вот только дети...
– А что дети? – удивился Жан и вопросительно глядел на жену.
– Она ими совсем перестала заниматься. Это меня беспокоит. Словно считает их чужими. Как такое могло случиться? Странно, не считаешь?..
– Значит, у неё потерян материнский инстинкт. Ты точно это заметила, Ченита. Я тоже из-за дел совсем мало уделяю им внимания. А ведь они и мои дети тоже.
– Это все потом, Жан, – остановила излияния мужа Ченита. Главное сейчас – заняться Ленорой. Выяснить её отношение к своей жизни, к Жулю и тебе. И я проясню это, Жан!
Но прошло несколько недель, прежде, чем Ченита смогла доложить Жану что-то определенное.
– Ты уверена? – с сомнением спросил Жан. – Не ошибаешься?
– Не могу представить, что она может так нагло прикидываться! Все говорит о том, что она почти все понимает и знает, что Жуль не ты.
– И что из этого следует?
– То, что пора приступить к самому Жулю. Пусть ускорит свои отношения. Лишь полный дурак откажется от интересной и богатой женщины в качестве законной жены. А твое мнение каково?
– Мнения ничего не решают, Ченита. Но с Жулем ты верно подметила. Я с ним поговорю. Прямо сегодня после ужина. Он уже привык к отличной жизни, и терять нажитое просто глупо.
Ченита с надеждой согласилась.
Жуль давно ожидал этого разговора. Жан видел это отлично. Он пытливо смотрел на молодого Жуля, и тот стал немного нервничать.
– Жуль, ты, надеюсь, понимаешь, о чем я собираюсь с тобой говорить?
Тот утвердительно, но молча, кивнул. Выжидал.
– Так вот, я хотел бы знать, что ты намерен предпринимать в дальнейшем? Это нас с супругой сильно занимает. Суда по всему, с болезнью Леноры покончено. И мне важно знать твое мнение об этом. Так что ты скажешь?
Жуль некоторое время молча раздумывал, словно не решаясь сказать.
– Понимаете, месье Жан, мне сдается, что Ленора уже все поняла. Это меня сильно беспокоит, признаться.
– Я прошу быть предельно откровенным, Жуль. Это чисто деловой разговор. Мне необходимо твоё объективное мнение. От этого может многое зависеть. Итак?
Жан видел, как трудно Жулю начать разговор, и молча ждал. Тот, с опущенной головой, тоже помалкивал. Видимо, собирался с силами.
– Понимаете, месье, мне так неловко об этом говорить, но раз вы так настаиваете, месье, то я вынужден говорить чистую правду, хотя мне очень неловко.
– Не надо стесняться, Жуль. Говори без обиняков.
– У нас с мадам странные отношения, месье. Мы продолжаем заниматься любовью, это всё отлично. Но дальше она ничего не пытается мне предложить. Я имею в виду брак, месье. – И Жуль даже покраснел от напряжения и неловкости. Жан отлично это видел, и был рад такому признанию Жуля.
– Что ж, Жуль. Мне понятны твои сомнения и желания. И мы с супругой охотно бы их поддержали, однако, как на это посмотрит сама Ленора? Ты ей намекал про брак? Говори откровенно, Жуль! Это для нас важно.
– Намекал, месье, но очень осторожно. Я не уверен, что она меня понимает. Но никогда Ленора не давала мне понять, что согласна продолжить разговор на эту тему. А я бы охотно пошел на этот брак. Сами понимаете, что это для меня значит. Боялся, что вы наотрез запретите мне так даже думать. Но вы сами сказали, что не против такого решения вопроса. Сам я не мог даже мечтать об этом.