- Что ещё было подстроено? – постаралась придать голосу строгости.
- Пара моментов, - уклончиво ответил Макс.
- Все наши встречи? – сглотнув, поинтересовалась я.
- Да, - он не стал скрывать.
- Зачем тебе девочки?
- Да как ты не понимаешь?! – взорвался миллионер. – Я люблю тебя!!! Я люблю их!!! Я хочу быть вместе!!! Всегда хотел!!!
Я не выдержала. Ручей из слез окропил мое лицо. Меня затрясло. Какой же я была дурой всё это время! Как же я могла не замечать его ещё мальчишкой?! Отказаться по глупости от счастья, которое всегда было рядом! Сейчас мне казалось, что я смотрю какой-то романтический фильм, а все происходящее – лишь сюжет из него. Как хотелось бы увидеть титры и облегченно вздохнуть, что главная его героиня – не я, а другая девушка, а я всё еще рядом с Петей и девочками. Но нет. Именно меня коснулась эта история. И что сейчас нужно ответить, я не знала. От ответа меня спасла выбитая дверь.
Петр залетел в помещение после одного из силовиков и тут же прижал меня к себе.
- Почему ты плачешь? Он обидел тебя? – грозно спросил муж.
Я покачала головой.
- Мы нашли девочек. Они спали. Мы вынесли их из дома. Все в порядке. Они с твоей мамой, - успокаивал меня Петя, гладя по волосам.
А я чувствовала, что дочки тут вовсе не причем и слезы льются совершенно по другому поводу, но согласно кивала, уткнувшись в белую рубашку мужа. Сейчас она мне казалась отвратительно-незнакомой. И его руки... Которые бережно всегда меня обнимали... Сейчас были противны до омерзения...
- Ты так и не сказал ей? – подал голос Макс, все ещё куря.
- Что? – насторожилась я, попытавшись сосредоточиться на разговоре.
- Пойдем, - попытался увести меня Петя, бросив грозный взгляд на Макса, но я успела его перехватить и зафиксировать в своей голове.
- Нет. Что ты должен был мне сказать?
- Скажи сам, - усмехнулся Макс, поглядывая на Петра.
Петя вздохнул.
- У нас с Максом была сделка...
О, Боже!!! Боже!!! Какой же я была дурой! Двойной дурой!!!
Я вырвалась из Петиных объятий и выбежала из комнаты, больше не желая совершенно ничего слышать.
- Люда... Постой... – кричал вдогонку муж, но я уже села за руль автомобиля и помчалась.
Глава 11
- Мамочка, мамочка... – раздавались радостные крики с заднего сидения, но мой мир резко перевернулся и я больше не понимала, как жить дальше.
Мне хотелось побыть одной, уехать куда-нибудь, разобраться, наконец, в себе, но я понимала, что не могу бросить дочек.
- Мам, я отвезу вас в ТЦ, пожалуйста, погуляйте без меня, мне надо прийти в себя, - дрожащим голосом проговорила я.
Мама кивнула, а потом произнесла:
- Слушай свое сердце, детка. Сердце никогда не обманет.
Будто бы она знала, что творится в моей душе. Я промолчала. Как всегда.
Оставив родных развлекаться, я села снова в автомобиль и поехала в ближайший парк. Природа мне всегда помогала. Она давала мне покой и силы.
Вышла из машины. Щебет птиц. Прохлада, освежающая голову. Качающиеся от ветра березы. Подошла к пруду. Уточек уже не видно. Увидела в отражении себя и рассмеялась. Как же нелепо я выглядела! Особенно в шубе. Ведь ещё осень и не так холодно. Должно быть стыдно. Но мне не стыдно почему-то. Впервые за всю жизнь. Я сняла шубу и постелила ее на землю. Жаль, запачкается, промелькнуло в голове на заднем фоне. Но я почти не уловила эту мысль.
В прудовой глади мелькали мои детские образы. Макс. Такой всегда серьезный и напыщенный. И я дурная и глупая. Как же мы были счастливы тогда, в том далеком детстве! Как же я... Любила его? Эта мысль пронзила стрелой и заколола под грудью. Можно ли было назвать любовью то детское чувство? Разве что платонической. Почему я тогда ему отказала? Крутила раз за разом в памяти наш разговор.
- Я приеду летом, - сказал тогда в трубку Макс. – И хочу, чтобы мы расписались.
Он был тверд и настойчив, как всегда. Но мне не было даже восемнадцати. Я не хотела быть, как это сейчас модно называется? Эмансипированной. Тогда я не видела мир, не бывала нигде, кроме своей деревни. Мне хотелось развлечений, красок, огней большого города, богатства и страстной сумасшедшей любви. Под определение такой любви типаж Макса не подходил совершенно. Скромный, бедный, правильный. Слишком правильный. Таким он мне казался. Ни капли безумства. Я порвала с ним, ни о чем не сожалея. Или желая заткнуть все сожаления, похоронить их на дальней полке в голове и благополучно забыть все наши романтические попытки, списав на детскую неумелость строить отношения.