Господи-и-и… Я никогда не испытывала такого стыда! Рыдать готова была.
— В общем, я позволил себе помочь тебе снять платье. Надеть футболку и доблестно нести стражу на твоей кухне, которая скорее собачью конуру напоминает размерами.
— Ну уж простите! — фыркнула. — Не у всех родители крутые адвокаты!
— Это было довольно забавно. Всё в твоём репертуаре… — Стас толкнул меня плечом, отчего я качнулась в сторону, едва удержавшись на ногах. — Кофе в этом доме есть? Или мне даже завтрак не полагается?
Тефтелька
Придерживая одной рукой меню, второй подпирала щеку и смотрела на Стаса. Тот говорил по телефону и выглядел каким-то сосредоточенным. Таким серьёзным я его ещё не видела. Тонкая морщинка пролегла между бровей. Темно-карие глаза так и горели огнём. Изредка взъерошивая волосы, Стас хмурился и резко отвечал собеседнику.
Как Стас изменился! Но что-то осталось в нём от того парня, в которого я влюбилась. Да и как можно было не влюбиться в Стаса? Он играл Цоя на гитаре, отвешивал девчонкам комплименты. Успевал быть «плохим» мальчиком, регулярно мелькая в местных слухах, но при этом успевал и в учёбе. В десятом классе отец подарил ему мотоцикл.
Сердце Стаса стало целью номер один. Но никто не знал, что первой девушкой, которую он прокатил на своём крепком Мустанге, была я, вытащившая сбитую кошку из канавы. Стас дал мне свою куртку, в которую я замотала её, и он мчался через вечерний город только из-за моей жалости к несчастному животному.
Наши странные отношения…
Друзья?
Наверное, да. Мы были дружны, хотя казались такими разными. И дело касалось самых банальных мелочей. На третий год, как мы вместе сидели за одной партой, уже никто не удивлялся, что самые безумные тетради и ручки оказывались у нас. Мы легко могли купить одинаковое не сговариваясь. Плыли на той общей волне, которые редко когда появлялись.
Но стоило отцу Стаса засветиться... Огонь и воду Стас прошёл, но провалил тест на медные трубы. И чем сильнее сияла корона на его голове, тем противней мне становилось.
Любовь?
А был ли мальчик, как любят говорить. Наверное, я поддалась массовой истерии и решила быть в клубе «Люби Стаса». Или он действительно мне так нравился, что я помнила о нём все эти шесть лет…
— Выбрала что-нибудь? - Стас живо улыбнулся, а я покраснела. — М?
— Э-э-э… Да. Я буду мороженое.
— И всё?
— Ещё латте. Честно, Стас, я не голодна, — закрыла меню и отодвинула его в сторону. Склонив голову, почувствовала знакомый запах и покраснела ещё сильнее: я пахла детсадовской едой. Этот запах был таким прилипчивым! — Я на работе ела.
— Хорошая у тебя работа… — Стас подозвал официанта, озвучил заказ и подмигнул мне, продолжая разговор. - Что ты забыла в детском саду, звезда физмата? Мама?
Мама.
Попрыгунья-стрекоза. Она была легкомысленной, влюбчивой и совсем не думала о будущем. Её интересовало только настоящее. Меняя мужчин быстрее, чем тюбики с помадой, она чаще всего напрочь забывала обо мне.
Так и вышло, когда я перевелась на третий курс.
— Мама, а кто ещё. Она влюбилась в какого-то воротилу. Тот проигрался в пух и прах… Мама продала квартиру, так я стала бомжом.
Стас подавился водой и закашлялся, с удивлением смотря на меня.
Ну, да. О таком я никому не рассказывала. Спасибо Люде и её родителям, приютившим меня. Клавдия Николаевна, Людина мама, и предложила мне неплохой вариант: я перевожусь в пед, на учителя математики и физики, досдаю, что положено, учусь год, а на четвёртом курсе ухожу на заочку и иду к ней детский сад воспитателем. Если возьму нагрузкой документы, то выйдет неплохо. Смогу снимать квартиру. Я и снимала её, пока не накопила достаточно денег на учёбу. Потом был год с утяжкой пояса и долгожданная ипотека.
— Сейчас у меня есть квартира, а мама — в пожизненном чёрном списке. Я не видела её ровно с того момента, как она счастливо известила, что покрыла долги Славика.
— Почему ты не сказала? — голос у Стаса внезапно осип.
— Кому? — широко улыбнулась. - Тебе? Стас, не выдумывай, прошу. Я, может, сумасбродная, но не до такой же степени! Мне Люда помогала. Да и сейчас помогает. Иногда.