— Никите тоже, — ляпнула, не подумав.
— Какому ещё Никите? — Стас взвился и слишком крепко схватил меня за плечи.
— Тот самый, что смеситель мне чинил, — увидев рассерженное лицо Стаса, рассмеялась. — Жених Людки.
Услышав такой ответ, Стас выдохнул и уткнулся носом в мой висок. От жаркого дыхания я мигом покрылась мурашками.
— Слушай, Стас… — повернулась лицом к Стасу и оказалась в опасной близости с его губами. — Ты с перфоратором обращаться умеешь?
Спасательная операция
— Мила… - Стас тяжко выдохнул и запустил обе руки себе в волосы. — Ты с чего взяла, что тут перфоратор нужен?
Я скривилась и развела руками. Что я могла сказать на это? Ну, наверное, не особо просто разбиралась в этом. Мне показалось, что именно перфоратор тут и нужен. А Стас, похоже, рассчитывал совсем на другое.
Мы с ним стояли с другой стороны дома и смотрели на забитое окошко, ведущее в подвал. Доблестные работники местного ЖЭКа постарались на славу. А я уже второй день слышала оттуда странное жалобное поскуливание. Сколько раз звонила и всё бесполезно.
— Подожди, я схожу за монтировкой… И то, не факт, что она поможет. Почему сразу-то было не сказать? — бурча себе под нос, Стас недовольно посмотрел на меня и двинулся в сторону машины.
Я проводила его взглядом и задумалась. И правда, почему я не сказала? Ну, слишком уж это напоминает кое-что. Да и странно было бы просить: Стас, вытащи кошку из подвала. Я его разочаровала. Наверное.
Стас вернулся, угрожающе покручивая монтировку в руках. Куртку оставил и теперь был в одной рубашке.
— Так, отойди… — Стас примерялся к изогнутому листу металла. — Сейчас попробуем вытащить эту бедолагу.
— Тебе это ничего не напоминает?
- Тогда мне сильно от матери влетело, — Стас сжал зубы и сунул узкую часть монтировки под лист металла и приложил силу. - Та кошка всю куртку мне испортила. Подрала, кровью испачкала.
— Это единственное, что ты запомнил? — неприятно нахмурилась.
— Нет, просто мать с отцом спорила. Папа поддержал меня: кошка важнее новой куртки. Ты, кстати, её кому-то отдала?
— Да, соседке. Тёте Вале. Буся, по-моему, у неё до сих пор живёт… — поёжилась и тонко вздохнула.
Металл скрежетал и слабо гнулся. Стас встал с правой стороны и упёрся плечом в стену.
— А ещё я помню, как ты переживала. И как мы с тобой складывались деньгами… И как ты… плакала!
Стасу удалось сильнее отогнуть правый верхний угол листа металла. Он заглянул внутрь и громко подозвал кошку. Но та не спешила выбегать нам навстречу.
— Она боится, наверное…
— Ладно, — Стас закатал рукава и принялся то руками, то монтировкой гнуть холодный металл.
— Я не помню…
— Чего? — покрасневший от натуги Стас посмотрел мне в глаза и натянуто улыбнулся. — Чего не помнишь?
— Как я плакала.
— А я помню. Сидела под кабинетом и тряслась. Причитала и нервничала и я… никак… не мог… тебя… успокоить! - Стас вышел из себя и теперь сильными ударами принялся колотить по металлу. - Никак!
— Эй! Хулиганьё! Пошли прочь отсюда! — визгливый женский голос донёсся со второго этажа. — Сейчас полицию вызову!
— Тётя Рита! — приложила ладони ко рту, будто рупор, и продолжила кричать: — Это Мила, с четвёртого! Тут кошка в подвале застряла…
В окне, за старыми советскими занавесками, показалось знакомое лицо. Хмуро изучив нас, женщина хлопнула окном и выкрикнула в ответ:
— А чинить обратно кто будет?
— Мы всё сделаем, не переживайте! — потом шёпотом переспросила Стаса: — Сделаем же, правда?
— Постараемся! — Стас почти отогнул лист металла и теперь по плечи скрылся в темноте, заглядывая внутрь. - Кис-кис-кис! Проклятье! — высунулся обратно. — Не хочет вылазить эта тварь на свет божий…
— Давай подождём, — моё глупое предложение не удивило Стаса.
— Конечно, подождём, что я, зря тут надрывался?
— Значит, я тогда сильно плакала?
— Что? — Стас подсел ко мне на старую шину, вкопанную в землю ровно на половину и служившую оградой для клумбы, и неожиданно обнял. — Плакала?