— Да, — прислушалась к частому и немного усталому дыханию Стаса. — Ты успокоилась только после этого…
Стас аккуратно коснулся пальцами моего подбородка, чуть приподнял моё лицо и… От мягкого, чувственного и такого нежного поцелуя всё в голове поплыло. Покраснев и чего-то испугавшись, схватилась за Стаса. Какой же он горячий! Будто настоящая грелка. И я отчётливо слышала, как трескалась моя ледяная броня. Стас не торопился, наслаждался каждым мгновением, даря невероятное ощущение сказки. Обняв меня и крепко к себе прижав, продолжал вгонять меня в краску терпкими, сладкими поцелуями.
— Стас…
— Что?
— Я должна тебе сказать…
— Забудь!
Очередной поцелуй будто вернул меня в прошлое. Тогда я, понадеявшись на нечто большее, разбилась о суровую реальность.
— Каким же я был дураком, что отпустил тогда тебя… Мила, больше эту ошибку я не повторю.
— М? — я млела под жаркими губами и пыталась собрать мысли в кучу.
— Ах вы паразиты! Кошку они спасают! — визг тёти Риты приближался по громкости к ультразвуку.
— Тьфу ты! — Стас с трудом оторвался от меня и недовольно посмотрел на сердитую женщину.
Одновременно с визгом раздалось жалобное мяуканье: из подвала выскочило тощее рыжее недоразумение и бросилось бежать, помахивая напоследок куцым хвостом. Стас демонстративно встал, взял монтировку и погрозил ею. Загнув угол вовнутрь, пару раз ударил и прижал край к стене, чтобы уж точно никто туда больше не забрался.
Я подошла к Стасу и взяла его за руку. Крепкая ладонь показалась такой родной, такой… желанной. Наверное, моё настроение передалось Стасу, потому что он, рывком повернувшись ко мне, несколько ехидно улыбнулся.
— Что, теперь я заслужил твой омлет?
— Дурак ты, Стас, — привстала на цыпочки и решилась, робко поцеловав его в губы. — Самый настоящий…
На четвёртый этаж мы поднялись как-то сами собой. Не очень торопливо, но со смутным ожиданием. Стас, наверное, ждал омлета, я — очередных криков тёти Риты. Стоило двери закрыться за нами, как началась какая-то чертовщина. Мне хотелось целовать Стаса, а ему — меня. Обвивая его шею руками, ловила каждый вздох и глупо хихикала. Наверное, нервное.
— Стас, погоди. Я сейчас серьёзно… Я…
Но он всё понял по моему взгляду. Смущённо зардевшись, зажмурилась и отвернулась.
— Это неважно, Мил, совсем. Скажи только слово, и я…
Снова хихикнула.
— Тебе кажется это смешным?
— Нет, мне кажется, что мы с тобой как те самые подростки, — посмотрела Стасу в глаза и снова его поцеловала. Долго и очень нежно.
— Я бы всё отдал, чтобы вернуться назад и сказать тебе…
Горячие губы коснулись моей шеи, и я схватилась за Стаса, как утопающий за соломинку. Кажется, мы не шли, а танцевали. И каждое движение, каждое прикосновение… Всё слишком походило на сказку. Когда мир перевернулся и стал каким-то чужим, непонятным, я жалась щекой к плечу Стаса и не верила в то, что сейчас произошло. Что теперь в моей жизни есть что-то большее. Зарываясь пальцами в жёсткие и немного колючие волосы Стаса, краснела от удовольствия.
— Ты недоговорил?
— Разве? — Стас замер и одарил меня каким-то странным взглядом.
Даже эта маленькая заминка ничего не портила. Часто дыша и рассматривая Стаса, ждала чего-то.
— Что ты мне не сказал?
Стас, упираясь локтями в кровать, нависал сверху, едва касаясь моих волос. Прижался лбом к моему лбу и отрывисто выдохнул:
— Что люблю тебя…
Мама?
Людка дрожащей рукой протягивала мне телефон, а оттуда… Да. Таких криков я давно не слышала. Будь возможность, Стас бы из мобильника руки протянул и тряхнул бы мою подругу так, что её, немного съехавшие набекрень мозги тут же встали на место. Зря Люда пыталась его усовестить.
Я шмыгнула носом и взяла трубку.
- Ты ничего не знаешь и не понимаешь!
- Стас? — я попыталась робко перебить поток ругани.
- Да как твой язык повернулся сказать такое? Тебе крупно повезло, что я сейчас вообще не в России!