Стас, во что ты меня втянул?!
Хрясь! Бряк! Шмяк!
Прижимая к себе папку, я размеренно дышала носом. Стас сидел в опасной близости от меня и вёл машину. Мои руки чуть подрагивали.
Господи, как же хотелось…
Зажмурившись, принялась рисовать в своей голове картинки различных расправ.
...Беру и бью папкой наотмашь по смазливому и такому красивому лицу. Чтоб аж до характерного хруста пластика. Чтоб Стас удивлённо вытаращился и получил по полной…
...Хватаю его за волосы и с остервенением таскаю и кричу: «Где ты гад был? Почему меня бросил?» А потом папкой его, папкой!...
...Пусть мои кулаки маленькие и хрупкие, но и от них может быть больно. Может быть, даже до носа достану. Или пощёчину. И папкой его, папкой!...
...Укусить? Ну, да. Не зря же меня Люда назвала Сталиным в юбке. Устрою ему репрессию и закусаю до смерти! Пусть потом на бешенство проверяется. В конце папкой его, папкой!...
- Мила?
Я дёрнулась всем телом, сжала папку и отодвинулась от Стаса как можно дальше. Подозрительно смотря ему в лицо, думала о том, догадался ли он моих коварных планах мести?
- Что?
- Ну и зачем ты встречалась с моей мамой? - Стас держал руль правой рукой, а левую согнул и облокотился о дверцу, запустив пальцы в волосы. - Зачем было устраивать такой балаган?
- А зачем было бросать меня?
Стас косо посмотрел на мой живот. Я вспыхнула, рассвирепела и таки вмазала папкой по слащавому личику Стаса. Прошло по касательной. Но уголком больно заехала по носу. Заметила это по его скривившейся морде лица.
- Даже не думай! Твой ребёнок!
- Да с чего ты это взяла? - Стас взвился и болезненно морщился, поглядывая на то, как угрожающе я размахивала папкой будто дубинкой. - Что я об этом подумал?
- Конечно! А чем же ты подумал?
- Не верю, что ты беремен…
Договорить Стас не успел. Он просто не понял, что сморозил, а мою руку в полёте было не остановить. Как в замедленной съёмке видела, как прилетает папка ему по левой щеке и голова Стаса дёргается. Мне было так обидно и больно от его слов, что останавливало от смертоубийства только две вещи: едем в машине, и я ещё жить хочу!
- Какой же ты… — я пыхтела и пыталась скинуть со своего плеча руку Стаса, которой он пытался меня усмирить. - Гад! Самый натуральный! Мелка «Машенька» на тебя нет!
- Чего? - Стас удивлённо вытаращился на меня.
- Тараканов таким травят! Всем мужикам стрихнин или мышьяк подсыпают, цианид на крайний случай, а тебя только такой мелок и возьмёт! Пара-а-ази-и-ит! — всхлипнув, заревела.
У Стаса была сложная ситуация: дорога, и ревущая я, в состоянии крайне агрессивного и озлобленного берсеркера.
- Бросил меня! Наплёл с три короба… — хлюпая носом, пихала руку Стаса. - И до сих, пор гада такого, лю-ю-юблю-ю-ю! — взвыв, закрыла лицо руками. - Дура я! Теперь ещё и… — хотела сказать, что набитая, но исправилась: — беременная! Мне было страшно и грустно! А ты улиток с фуа-гра во Франции трескал! Паразит!
Положив папку на колени, дала волю своим чувствам. Наверное, Людка была права: это все гормоны. Запрокинув голову, ревела в голос, как маленький ребёнок. Стас даже замолчал, не зная, как на это реагировать. А я останавливаться не собиралась. Заведясь на всю катушку, собиралась вытрепать нервы Стасу по полной. Ехать нам ещё далеко.
- Не писал, не отвечал! Гад ты! Засранец! — потекла тушь, и я полезла в сумочку за платком. Размазывая чёрные потёки по щекам, выговаривалась. - Я тебя в школе любила! Шесть лет страдала! И как дура повелась! Так мне и надо…
- Мила, не нервничай. Тебе вредно.
- А! — ткнула пальцем в нос Стасу. - Вот как ты заговорил? А бросать меня беременную не вредно? Развлёкся, в постель затащил и был таков. Казанова фигов! Чтоб… Чтоб… Чтоб…
Я пыталась сказать что-то позаковыристее, но мои познания в ругательствах истощились ещё на паразите. Не было у меня стремлений к познанию русского и могучего в таком качестве. Воспользовавшись моей заминкой, Стас затарахтел как безумный.
- Да мне просто не верится, что ты беременна! Кажется, что просто шутка какая-то… Я стану папой. Господи! Ну не верится просто. Ты и от меня…
Нервы сдали. Железный Феликс сдулся. Я наотмашь ударила Стаса. Тот со всей дури дал по тормозам. Если бы не ремень безопасности, я бы хорошенько приложилась лбом об бардачок. Такое резкое торможение вызвало у меня приступ тошноты. Прижав руки ко рту, малость позеленела.