– София Александровна, звали? – Игнатьев, в отличие от Аллы, перед тем, как распахнуть дверь, постучал.
– Да, Никита Валерьевич, проходи, – киваю, рукой указывая на стул для посетителей. – Слышал новость? Мы снова контракт профукали. По слухам, «АльметГорСтрой» забрал.
– Да, я в курсе. До сих пор в шоке.
Никита – мой первый зам и правая рука. Я схантила его пару лет назад. Тогда мне нужен был толковый специалист, на которого можно было бы положиться. Никита справлялся со своей работой на твердую пять и как никто другой был погружен в суть дела. Поэтому именно с ним я решила обсудить складывающуюся плачевную ситуацию.
– Что думаешь по этому поводу? – подпираю кулаком подбородок.
Мне правда интересно выслушать его мнение.
– Не знаю, – он медленно ведет головой из стороны в сторону. – София Александровна, можно нескромный вопрос?
– Давай. Если он, конечно, связан с работой.
– Вы ни с кем из городской администрации не ссорились? Никому дорогу не переходили?
– Ты думаешь, нам не дают контракты по указанию сверху? – удивляюсь.
– Ну а как это еще объяснить? Раньше мы забирали столько объектов, сколько могли освоить. А сейчас что? Одни объедки. Напрашивается логичная мысль, что кто-то резко обрубил нам кислород. Осталось только понять причину.
Его рассуждения кажутся здравыми, но я хоть убей не помню ни одной конфликтной ситуации с чиновниками. Ну не дура же я, в конце концов! Прекрасно понимаю, с кем можно ссориться, а с кем нельзя. Страна у нас коррумпированная, свободная конкуренция – понятие условное. Поэтому если хочешь работать и зарабатывать, с властью надо дружить. Ну или хотя бы играть по ее правилам. Близких знакомых в администрации у меня никогда не было, зато было имя и репутация. Именно благодаря ним я и добилась таких высот. А сейчас эта формула почему-то перестала работать.
– Нет, исключено, – отрицательно качаю головой. – Ни с кем я отношения не портила.
– Других предположений у меня нет. Либо сверху кому-то что-то не понравилось, либо это банальное невезение.
– Но если так, то оно скоро должно закончиться, – усмехаюсь. – Черные полосы ведь должны сменяться белами.
– Да, должны, – Игнатьев задумчиво кивает.
Кажется, ему и впрямь больше нечего мне сказать.
– Ладно, иди работай, Никита Валерьевич, – вздыхаю. – А я займусь поиском новым объектов.
– Ни пуха ни пера, – улыбается. – Уверен, удача скоро повернется к нам лицом.
Глава 3
– Софа, привет! – мама в нарядном переднике открывает мне дверь. – Есть будешь? Я голубцы приготовила.
– Да, давай, – шагаю в квартиру и стягиваю легкий плащ. – Умираю с голоду.
Захожу в спальню, где друг напротив друга сидят мои рыжеволосые бандиты. Сосредоточенные, серьезные. Играют в настольную игру, не замечая никого вокруг.
– Добрый вечер, малышня, – здороваюсь, привлекая к себе внимание.
– Мамочка! – восклицают дети.
Несутся ко мне и топят в жарких объятиях, чуть не сбивая с ног. Ласковые мои. Любвеобильные.
Забирать их из сада мне удается нечасто. Когда владеешь собственным бизнесом, заканчивать рабочий день вовремя получается далеко не всегда. Благо для этих целей у меня есть вышедшая на пенсию мама, которая во внуках души не чает.
Поначалу я, как и все цивилизованные люди, хотела нанять няню. Однако родительница воспротивилась, мол, как так? Неужели за нашими ангелочками будет приглядывать какая-то посторонняя женщина? Лично меня эта мысль не пугала, так как за годы бизнеса я привыкла к делегированию. Но вот мама была непреклонна. Сказала, что сама будет нянчиться с детками. Дескать, ей это только в радость.
– Смотри, что я нарисовала! – Алиса тычет мне в лицо листом бумаги.
– А это я! – Алекс пытается перекрыть художество сестры своим.
Ох уж это дух соперничества. Никуда от него не денешься.
– Давайте по очереди, – говорю я. – Алиса первая принесла рисунок, поэтому с нее и начнем.
Сын недовольно пыхтит, но спорить не порывается. Понимает, что мама всегда поступает по справедливости.
– Как красиво, дочка, – улыбаюсь я. – Это что, пони?
– Нет, единорог, – поясняет девочка. – Видишь, у него на лбу рог.
– А, ну точно. А это, так полагаю, радуга?
– Да, единороги питаются радугой и…
– Единорогов не существует, – отсекает прагматик Алекс.
– А вот и существуют! – дочь обиженно оттрюнивает губу.
– А вот и нет!
– А вот и да!
– Ладно-ладно, – вмешиваюсь в их перепалку. – Пусть будет так: кто во что верит, то и существует. Если ты, – смотрю на сына, – не веришь в единорогов, то в твоем мире их нет. А вот в Алисином мире они действительно живут и питаются радугой. Потому что она в них верит. Договорились?