— Мне уже не больно, Дань, — впервые сокращаю его имя при обращению к мужчине.
— Даня? Меня так вообще никто не называл, — улыбается он. Но через мгновение сжимает губы. — Даже родители.
— Прости…
— Мне нравится, Уля.
М-да, после такого как-то неудобно снова спрашивать…
— Моя мать мне не мать, — через некоторое время говорит он. — И не знал об этом только я. Славик на днях проболтался, что не такие уж мы и братья…
Хлопаю ресницами, открываю рот, пытаясь что-то сказать. Но я не знаю, что говорить в таких случаях!
— А Славик… Он боится будущего тестя, — Даня кидает мимолетный взгляд на меня. — Прости…
— Ты не виноват…
В машине чувствуется напряжение и я злюсь. Опять из-за этого парнокопытного настроение и у меня и его не брата? Или все-таки брата? В общем испортилось.
Мы подъезжаем к дому молча. Каждый погружён в собственные мысли. Когда наконец останавливаемся возле подъезда, Даниил первым выходит из машины и открывает мою дверь. Мы поднимаемся наверх, укладываем детей спать, а сами садимся на диван в гостиной. По телевизору идет какой-то вечерний фильм фоном, но мы не обращаем на него внимания. Стоило мне только повернуть голову в его сторону…
— Иди ко мне, — сгребает меня в охапку, сажает на колени и впивается в мои губы голодным поцелуем.
Моя голова кружится от неожиданности, тело мгновенно откликается теплом и дрожью. Сердце бешено колотится, дыхание сбивается. Я хотела оттолкнуть его, напомнить себе, что должна сопротивляться искушению, но руки предательски обвиваются вокруг шеи, пальцы запутываются в волосах. Этот поцелуй словно магнетизм притягивает нас друг к другу.
Наконец Даниил отрывается от губ, осторожно отстраняется и внимательно всматривается в мои глаза.
— Скажи, что не хочешь, и я немедленно отпущу, — шепчет он хрипло, едва сдерживаясь.
Мои ладони продолжают гладить его лицо, пальцы легко касаются щетины, пробегают по скулам. Тело просит большего, разум кричит остановиться, а сердце молчит, застигнутое врасплох.
— Я не готова... — еле слышно говорю я, пряча смущение в складках рубашки.
Руки мужчины крепко прижимают меня ближе, давая почувствовать тепло тела, ощутить пульсирующую жизнь, которой хочется поделиться.
— Милая моя девочка, — ласково воркует он над ухом, покусывая мочку. — Поверь, я готов ждать столько, сколько потребуется. Но знай одно: ты значишь для меня гораздо больше, чем любая женщина в прошлом.
Улыбнувшись сквозь слезы радости и облегчения, я прижимаюсь теснее к груди Даниила, ощущая защиту и уверенность в его объятиях. Впервые за долгие месяцы одиночества и боли появляется ощущение счастья, настоящего домашнего тепла, которого мне так отчаянно не хватало, даже в браке.
17.
Даниил.
Утром выхожу из своей спальни, по дому плывут умопомрачительные запахи. Это Ульяна на кухне что-то приготовила. Слышу по телевизору мультики, дети скачут по дивану еще в пижамах.
— Я плинцесса, ты должен меня заситять!
— А… а… я р…бойник, — смеется Никитка.
Сердце сжимается от боли и ярости, каждый раз слыша уже намного улучшившиюся речь Никиты. У меня перед глазами встает сцена того, как Славик набрасывается на своих детей и Улю. Нет, я конечно не видел, но картинка засела у меня в голове и не хочет оттуда выходить.
— Принцесса Аня, я буду твоим защитником, — встаю на одно колено и кланяюсь. — И защитником добрых разбойников тоже, — шучу я.
— Тода тебе нузен меч! — рассуждает почти трехлетка.
— У меня будет воображаемый меч, — машу рукой, — и с его помощью я одолею всех злодеев.
Дети восторженно смотрят на меня широко раскрытыми глазами, представляя сказочный мир, полный приключений и героев. Пора бы заняться завтраком, но сначала хочется немного поиграть вместе с ними.
— Ну-ка, ребята, покажите мне, какие бывают принцессы и разбойники, — предлагаю я, присаживаясь рядом с ними на диван.
Никита тут же принимается размахивать руками, изображая бойца, а маленькая Анечка важно выпрямляется и величественно произносит:
— Я самая класивая плинцесса!
Улыбаясь, я продолжаю игру:
— Тогда давайте устроим настоящий турнир рыцарей и принцесс. Кто победит в нашем состязании?
И вот мы уже вовсю играем, забывая обо всех проблемах и заботах. Но вскоре мой взгляд падает на часы, и я понимаю, что пора приступать к делам.
— Ребята, кажется, завтрак уже готов, — говорю я, поднимаясь с дивана. — Пойдемте посмотрим, что там наша мама нам приготовила.
— А ты будешь нашим новым папой? — вдруг серьезно спрашивает Аня и не менее серьезно Никита ждет ответа.