— Если вы хотите, я с удовольствием буду вашим папой, — обнимаю ребятишек, поднимаюсь с колен и вижу как беззвучно плачет Уля.
— Так добрый рыцарь-разбойник и принцесса, быстро мыть руки. Наша королева Ульяна уже всех ждет.
Пока дети плескаются в ванной, уверен после них придет вытирать насухо пол, обнимаю Ульяну.
— Ну ты чего? — провожу носом по ее шее, запуская волну мурашек.
— Мне страшно… — смотрит в мои глаза своими, прожигая огромную дыру в районе сердца. Мне тоже страшно, страшно, что она не сможет больше довериться.
И я прекрасно понимаю о чем она говорит. Она боится довериться вновь. Боится, что потом я могу стать таким же, как Славик.
— Я понимаю, Уль. И не тороплю. А сегодня у меня запланирована встреча с юристом. Пока в общих чертах обрисую ему твою историю, если согласится работать, то потом встретимся с ним вместе. Хорошо?
Девушка кивает мне, из ванны выходят мокрые дети.
— Я надеюсь вы там потом не устроили? — закатывает глаза Уля.
— Иди переодень их, а в ванной уберу, если там потоп, — смеюсь я.
За столом царит уютная атмосфера семейного утра. Дети увлечены едой, Ульяна улыбается, глядя на них, а я мысленно благодарю судьбу за этот маленький островок счастья среди бурлящего океана жизни.
Надеюсь, они действительно станут моей семьей. Ведь пробрались все мне под кожу, поселились в сердце. Не вытравить, да и не хочется. Не хочется возвращаться к жизни работа… дом… Где по утрам только чашка кофе и нет смеха маленькой принцессы с разбойником и улыбки их королевы матери.
18.
Ульяна
Гуляя утром на площадке, задумалась о том, что пора бы детей в садик отдать. Речь Никиты почти восстановилась, только когда начинал сильно тревожиться у него снова проскальзывало заикание. А самой найти работу. О том чтобы восстановиться в универе, пусть и в другом городе, речи пока не было. Да и времени слишком много прошло, наверное это уже невозможно. Я не интересовалась.
Кто-то скажет, что надо было на заочном продолжать учиться, но с двумя младенцами на руках это было нереально. Ну а муж… Не было, считай, у меня ни мужа, ни поддержки.
— Так вот значит где ты пристроилась! — раздается за спиной вкрадчивый голос моего бывшего.
Я мгновенно вскакиваю со скамейки, смотрю по сторонам. Дети играют, не обращая на меня внимание и вокруг полно мамочек.
У него такой довольный вид, как будто он выиграл джек пот. И честно говоря от понимания этого, страх накатывает на меня мощной волной.
Давление моментально поднимается, в висках стучит набатом и я не сразу улавливаю о чем говорит.
— Уля, ты меня слышишь? Успокойся! Просто иди забери детей и мы уезжаем!
Как вот так сразу? Усилием воли беру себя в руки, говорю себе, что средь бела дня он не будет применять силу.
— Вещи… — лепечу я в надежде, что он согласится подняться и как минимум собрать вещи.
— Хорошо, возьмешь вещи. Я не собираюсь вам все новое покупать. И чтоб без фокусов. Иди забирай детей и поднимаемся в квартиру моего братца. А заодно заберешь твой договор с адвокатом, интересно взглянуть.
Киваю, сейчас главное выглядеть максимально забитой и со всем соглашаться. Хотя энтузиазма во мне нет, от слова совсем и я действительно трясусь от страха.
На трясущихся ногах иду в песочницу, где играет несколько ребятишек, с одним из них мамочка лепит куличики. Сажусь спиной к бывшему громко зову по именам детей привлекая их внимание и тут же шепотом:
— Помогите, — сую женщине свой телефон, — он не запаролен, наберите Даниила. Скажите, что Слава нашел Ульяну с детьми и хочет увезти.
Женщина так смотрит на меня, что мне становится страшно. Она выдаст меня.
— Помогите, — говорю беззвучно губами.
Женщина медленно берет мой телефон, отводит взгляд и набирает номер. Через секунду я вижу, как она тихонько говорит:
— Алло... Это подруга Ульяны... Ее бывший появился...
Сердце бешено колотится, адреналин бьет ключом, ноги едва держат. Мне кажется, каждая секунда длится вечность.
Дети радостно смеются, показывая мне свои песочные башни из ведерка. Их лица такие счастливые, чистые, искренние. Как защитить их?
Слава подходит ближе, его шаги гулко звучат на асфальте площадки. Я стараюсь казаться спокойнее, но внутри все дрожит.
— Быстро пошли! — приказывает он резко.
Взяв каждого ребенка за руку, делаю шаг вперед, стараясь идти уверенно, хотя сердце готово выпрыгнуть из груди. Мы направляемся к подъезду, мимо играющих детей и родителей.
Аня с Никиткой сразу расплакались. Они помнят! Помнят тот день!
Женщина тревожно смотрит на нас, не зная, что еще сделать. Понимаю ее прекрасно. Она не знает ситуации в целом и боится сама подставиться под удар и своего малыша тоже.