– Так, друзья! – бодро обратилась ко всем Марина Викторовна, и последние разговоры в классе стихли. – Не знаю, как вы, а я очень рада вас видеть, вы все такие красавчики!
– Мы знали, что вы скучали по нашей неземной красоте, – манерно сказал Петя, наигранно поправляя волосы.
– Отрадно видеть, что твоя самооценка за лето не пострадала, Певцов.
Рыжая резко обернулась, и Петя решил, что фамилия семьи наконец-то добавила ему шарма в её глазах. Довольный, он вальяжно откинулся на спинку стула.
– Да, знаете, летел с предками на море летом и на высоте десяти тысяч метров увидел в окно свою самооценку. Красивая!
Класс засмеялся, Марина Викторовна хмыкнула.
– Мы по вам тоже скучали! – воскликнул кто-то из девчонок.
– Врёте, конечно, но приятно. Прежде чем я начну вас развлекать планами на наше ближайшее будущее, давайте официально представимся. Для новеньких, а также для тех, у кого лето прошло особенно удачно, я напоминаю – меня зовут Марина Викторовна и я ваш классный руководитель.
Марина Викторовна сделала шутливый реверанс. По классу пронеслись смешки.
– У нас в этом году двое новоприбывших, и мы, – она посмотрела на новичков, – очень рады, что вы с нами. Прошу любить, жаловать и всячески поддерживать Ивана Низовцева. – Кто-то пару раз хлипенько хлопнул, Марина Викторовна присоединилась, и жидкие овации всё же состоялись. – И Викторию Вольскую.
Петя, сидевший через ряд от Вики, резко выпрямился:
– Вольская? – Он в упор посмотрел на новенькую и на миг лишился дара речи: – Ты… Ты что, дочка Сони Вольской?!
Рыжая медленно развернулась вполоборота и ответила с дерзким смешком:
– Для тебя – Софьи Николаевны Вольской.
Тон её не имел ничего общего с тем, как она разговаривала в коридоре. И это было объяснимо. Петя вдохнул, собираясь ответить, но Марина Викторовна призвала их к тишине, постучав ручкой по столу. Петя откинулся обратно на спинку стула и уставился в потолок, оценивая масштаб катастрофы. С ним будет учиться Вольская-младшая. Это плохо. Это очень-очень плохо.
Классный час продолжался, а Петя, погрузившись в размышления, едва улавливал, о чём шла речь. Но тут услышал свою фамилию.
– Я надеюсь, что вы поможете ребятам быстро влиться в нашу школьную жизнь и они её полюбят ещё до осенних каникул. По всем вопросам можете обращаться ко мне или к старосте, в прошлом году это был Пётр. Кстати, давайте решим, оставляем Певцова или хотим новую кровь?
Ей ответили с нескольких сторон.
– Певцова.
– Петруша пусть будет!
– На фиг это надо ещё кому-то, МарьВикторовна.
Марина Викторовна посмотрела на Петю:
– Петруша, ты как? Возьмёшь всех под контроль ещё на год?
Петя с готовностью кивнул:
– Легко! Всё равно эти балбесы утонут без меня через два дня.
В ответ раздалось коллективное возмущение: ребята имели другое мнение по вопросу, кто тут балбес. Марина Викторовна снова постучала ручкой по столу, чтобы всех утихомирить.
– Точно никто не хочет составить Петруше конкуренцию? – она окинула взглядом класс.
Петя предвидел, что за этим последует. И точно. В первом ряду вверх взметнулась рука:
– Я хочу составить… Петруше конкуренцию.
Петя поморщился от того, как прозвучало его прозвище из уст рыжей, и фыркнул:
– Управлять, Вольская, это дело мужское. Женщины слишком эмоциональны и истеричны.
Вика снова повернулась к нему и язвительно спросила:
– Пройдёмся по стереотипам?
– Да ты же новенькая, ничего здесь не знаешь.
– Я быстро учусь.
Вика повернулась к Марине Викторовне:
– Если Певцов уже был, давайте теперь я. Преемственность власти и всё такое.
Петя фыркнул ей в затылок:
– Так политика не работает, Вольская. Если мы оба хотим, значит, давайте устроим голосование. Ой, интересно, кто же победит? – наигранно спросил он под смешки ребят.
Марина Викторовна бросила взгляд на класс и сказала:
– Сделаем вот что. Завтра Вика и Петя выступят с презентациями, расскажут о своих сильных сторонах, о том, как они видят должность старосты, какие хотели бы внести предложения и так далее. Любой креатив приветствуется, но не больше десяти минут. Заодно посмотрим, что вы сможете сделать в краткие сроки. Договорились?
Потенциальные старосты кивнули.