— Чисто метафорически, — с улыбкой закончил за неё Ваня.
— Именно!
Яна прошла в другой конец класса к шкафам, открыла нижнюю дверцу одного из них и достала банку кофе, ещё одну чашку, маленькую коробку молока и упаковку вафель. Ваня помог перенести это всё на последнюю парту, а Яна снова вернулась к своему столу, взяла чайник, свою чашку и кивнула Ване.
— Садись, насыпай, наливай, в общем, делай себе кофе. Извини, сахара нет, но есть вафельки.
— Вафельки, как мило, — ответил Ваня, отрыл банку с кофе и застыл с ложкой в руке. — Вам сколько?
— Одну с горкой.
Ваня насыпал кофе сначала в Янину чашку, потом в свою, Яна налила им воды и молока.
— Бери вафельку! — сказала она, уже жуя одну из них.
— Беру вафельку! — ответил ей в тон Ваня. — Но я не очень люблю сладкое.
— Я тоже! — невнятно ответила Яна. — Я бы лучше какой-нибудь сэндвич съела или круассан с сыром! Но, к большому сожалению, учителям дарят только сладкое.
— Вам уже успели что-то подарить? Быстро вы всех очаровали. — Ваня откусил кусок сухой вафли и отпил кофе.
— Нет, со мной поделились коллеги, которых задарили их классы на первое сентября. Старшие-то ленятся, а малыши учителям кучу цветов и конфет всегда тащат. Это здорово.
— Здорово умереть от диабета?
— Здорово выражать любовь, циник! — Яна засмеялась и приблизила свою руку к Ваниной. Но дотронулась она не до руки, а до упаковки с вафлями. Разумеется. Ваня мысленно дал своему раскисшему вниманию оплеуху и ответил:
— Я не циник, я реалист. Если вы будете есть всё, что вам дарят ученики, у вас точно будет диабет второго типа. Ещё и фигуру испортите красивую.
Сказав это, Ваня на секунду замер, добавил себе вторую воображаемую оплеуху и сделал огромный глоток кофе. Яна опустила глаза в свою чашку и улыбнулась.
— Спасибо.
Она повернула голову, и взгляд её упёрся в чёрный чехол.
— О, у тебя с собой гитара? Ты играешь?
— Да нет, просто так ношу, вместо портфеля. Новая мода.
Яна хихикнула.
— Ладно-ладно, играешь. А зачем она тебе сегодня?
Ваня не смог подавить вздох.
— Староста припахал на концерт.
— А ты не хочешь?
— Не особо.
— Почему тогда согласился?
— Согласился, потому что Певцову довольно трудно отказать, — поморщился Ваня. — К тому же, его аргументы по поводу портфолио были весьма убедительны. Для поступления мне нужна хорошая характеристика, так что, как бы мне это не претило, ради дополнительных баллов к аттестации я и голым на сцене станцую, не имеет значения.
Яна задумчиво на него посмотрела.
— Значит, ты не любишь играть?
— Наоборот, — коротко ответил Ваня.
— Что наоборот?
— Слишком люблю. Так люблю, что запретил себе в этом году. Музыка отвлекает от занятий, а мне нужно поступать.
— Понятно, — тихо сказала Яна, после чего продолжила более бодрым тоном: — Я тоже обожаю гитару! Сама когда-то музыкальную школу окончила.
— На чём играли?
— Фортепиано.
Ваня поднял край губ.
— Мог бы и не спрашивать.
— Почему?
— Потому что фортепиано вам подходит. Не могу вас представить с гитарой или за ударной установкой.
— Да, фортепиано — это романтично и нежно, мне нравится. Точнее, нравилось. Я уже давно не играю.
— Почему?
Яна повела плечами.
— Да всё как-то некогда. Или вдохновение растеряла. Не играла лет семь. Как окончила школу, так и не садилась больше. А сейчас уже и не вспомню ничего.
— Получается, вам двадцать два?
Яна хлопнула глазами.
— Почему ты так решил?
— Ну, вы закончили музыкальную школу и семь лет не играли. Если предположить, что вы, как большинство, закончили музыкалку лет в пятнадцать, получается, что вам двадцать два. — Ваня пожал плечами. — Математика — наука точная.
— Может, я закончила музыкалку в двадцать. Или в тридцать.
Ваня хмыкнул.
— Ну нет, вам точно не может быть тридцать семь.
Яна легонько провела пальчиками под подбородком.
— Пластика, Иван, творит чудеса.
Ваня с улыбкой покачал головой и одним глотком допил всё, что было в чашке. Затем он встал и протянул руку.
— Давайте вашу, схожу помою.
Яна, тоже уже допившая свой кофе, подняла на него удивлённый взгляд и молча протянула чашку.
— Вы так смотрите, как будто никогда не видели вежливых парней.
— Вежливых парней, предлагающих помыть чашку, точно не видела.
— Не везло вам, значит, с парнями.
Яна подняла бровь.
— Довольно дерзко говорить такое учительнице, Низовцев.
Ваня ухмыльнулся и притворно вздохнул.
— И вот я уже не вежливый Ваня, а дерзкий Низовцев.