"Организация 'Святой Георгий' заявляет о начале охоты на нечисть"
"Оккультисты съезжаются в Корк: 'Это портал в другой мир'"
Рован стоял за моей спиной, молча наблюдая за экраном, и я чувствовала напряжение, что исходило от него волнами.
— Что это? — спросил он наконец тихо, в голосе осторожное любопытство, смешанное с непониманием.
— Интернет, — ответила я хрипло. — Информация. Новости. Сорок семь миллионов человек посмотрели видео из церкви, Рован. Миллионов.
Я ткнула пальцем в экран.
— Они видели тебя. Видели меня. Келпи. Всё.
Рован наклонился ближе, всматриваясь в монитор с таким выражением, будто пытался понять магический артефакт.
— Это... как волшебное зеркало? — спросил он осторожно. — Показывает то, что было?
Я бы рассмеялась, если бы не была на грани истерики.
— Не волшебное. Технология. Машина. Люди записывают на свои устройства и делятся через сеть, которая соединяет весь мир.
Рован уставился на меня, будто я говорила на чужом языке.
— Весь мир?
— Весь мир, — подтвердила я, голос дрогнул. — Миллионы людей. И теперь все они знают о тебе. Обо мне. О магии.
Рован молчал, и когда я обернулась, увидела, как он смотрит на экран с выражением, которого не видела раньше.
Не гнев. Не ярость.
Понимание. Осознание масштаба.
— В моём мире, — произнёс он медленно, — враги приходят с мечом. Открыто. Здесь... здесь они приходят через это.
Он кивнул на монитор.
— Через зеркала, что видят всё. Через слова, что разлетаются быстрее ветра. Через людей, что охотятся, не зная, на кого.
Он посмотрел на меня, и в золотых глазах читалась мрачная решимость.
— Мы не можем оставаться здесь долго. Если столько людей ищут нас, кто-то придёт. Скоро. Мы в ловушке.
— Но Дейрдре... — начала я.
— Мы найдём её, — перебил он жёстко.
Я смотрела на него, потом на экран, где всё ещё горели заголовки, цифры просмотров, комментарии охотников, скептиков, верующих.
И поняла — он прав. Мы в ловушке.
Не из камня и железа, а из информации, что разлетелась по миру и привлекла всех — тех, кто мечтал поймать фейри, тех, кто гонялся за НЛО с камерами, тех, кто искал снежного человека в лесах и Лох-Несское чудовище в озёрах. Криптозоологов, конспирологов, охотников за паранормальным.
И тех, кто хотел уничтожить всё это.
Или убить лианан ши.
Я уставилась на экран с горящими заголовками, цифрами просмотров, комментариями — и мир начал сужаться, темнеть по краям, будто кто-то медленно затягивал петлю вокруг моего горла.
Дыхание сбилось — прерывистое, рваное, недостаточное. Воздуха не хватало, лёгкие сжимались, отказывались работать, и я хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, борющаяся за последний глоток кислорода.
Паника.
Она накатила волной — холодной, вязкой, липкой, заполнила грудь, поднялась к горлу, душила. Сердце колотилось так быстро, что стучало в висках, в запястьях, в груди, и каждый удар отдавался болью.
— А что если... — Слова вырывались хрипло, прерывисто, давились друг другом. — Что если какие-то фанатики схватили её? Те религиозные... или охотники... что если они убили её? Что если она сейчас где-то... что если уже поздно?
Руки задрожали, вцепившись в край стола так сильно, что костяшки побелели, ногти впились в дерево.
— Я должна... мне нужно найти её. Сейчас. Немедленно.
Я вскочила из кресла так резко, что оно откатилось назад и ударилось о стену с глухим стуком.
Но потом остановилась, замерла — мысль пробилась сквозь панику, холодная, и отрезвляющая.
Существо.
Тёмный дрейк.
Его призвали.
Фанатики из интернета, охотники с камерами и крестами не умеют призывать существ из Подгорья. Они даже не знают, что Подгорье существует — для них это сказки, мифы, развлечение для туристов.
Это был кто-то другой. Кто-то, кто знает магию. Кто-то с той стороны.
— Но почему? — прошептала я, слова повисли в воздухе, тяжёлые, зловещие, не находя ответа. — Зачем кому-то из Подгорья нападать на Дейрдре?
Рован не ответил, и молчание было красноречивее любых слов.
Он тоже не знал.
— Улики, — выдохнула я, разворачиваясь к двери, и паника снова толкнула вперёд, требуя действий, движения, чего угодно — лишь бы не стоять здесь и не думать о худшем. — Нужны улики. Следы. Что-то, что покажет, куда она пошла.
Я шагнула вперёд, пошатнулась — ноги не держали, мир качался.