Рован рассмеялся — коротко, но тепло.
— Упасть не планирую. Но ценю заботу.
— Это не забота, — буркнула я. — Это самосохранение. Мне не нужны травмированные союзники.
— Союзники, — повторил он медленно, в слове прозвучало что-то новое. — Значит, мы теперь союзники?
Я замерла.
Союзники.
Да. Это правильное слово.
Не пленник и пленница. Не враги. Не... что-то ещё, чему я не хотела давать имя.
Союзники.
Временные. По необходимости. Пока не найдём Дейрдре и не снимем метки.
— Да, — ответила я твёрдо. — Союзники.
— А потом? — спросил он тихо.
Я не ответила.
Не знала, что ответить.
Шаги за спиной — он спускался.
— Можешь обернуться, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Я прилично одет. Почти.
Я обернулась — осторожно, готовая снова закатить глаза, если он соврал.
Но нет.
Рован стоял полностью одетый. Рубашка застёгнута, штаны заправлены, ремень затянут. Влажные волосы зачёсаны назад, открывая лицо.
Он выглядел... странно.
Не как король фейри. Не как хищник. Почти как обычный мужчина. Ирландский фермер или рабочий.
Почти.
Взгляд выдавал. Янтарный, слишком яркий. Уши, хоть и прикрытые волосами, всё равно слегка заострённые. И руны — они светились под воротом рубашки, на запястьях, напоминая, что под этой человеческой одеждой скрывается что-то совсем другое.
— Подходит? — спросил он, разведя руки в стороны.
Я окинула его взглядом — критически, оценивающе — и кивнула.
— Сойдёт. По крайней мере, не придётся объяснять прохожим, почему я гуляю по лесу с голым мужчиной.
— Прохожие в этом лесу? — усомнился он, приподняв бровь.
— Охотники, туристы, может, ещё кто-то из тех, кто видел видео и решил проверить, — перечислила я. — Поверь, последнее, что нам нужно — лишнее внимание.
Рован кивнул, выражение стало серьёзнее.
— Ты права. Тогда идём. Времени мало.
***
Возвращаться в комнату тётки было тревожно.
Не от страха — хотя страх тоже был, холодный комок в желудке, который не растворялся. А от того, что с каждым шагом по коридору второго этажа реальность происшедшего становилась всё более осязаемой, всё более неотвратимой.
Дейрдре сражалась здесь. В своей комнате. С существом, которое не должно было существовать в этом мире.
И ушла. Раненая. Одна.
Я остановилась у двери, положив руку на ручку, и не могла заставить себя открыть её.
— Мейв. — Голос Рована за спиной был тихим, но твёрдым. — Мы должны.
Я кивнула, сглотнув комок в горле, и толкнула дверь.
Комната встретила нас тем же хаосом — опрокинутая мебель, царапины на стенах, тело дрейка в луже крови. Но дневной свет, пробивающийся сквозь разорванные шторы, делал всё это ещё более жутким. Ночью можно было притвориться, что это кошмар. Днём — некуда было спрятаться от правды.
Рован прошёл внутрь первым — осторожно, бесшумно, как хищник на чужой территории. Взгляд сканировал каждый угол, каждую тень. Рука инстинктивно легла на пояс, где обычно висел меч.
Я последовала за ним, обходя тело дрейка стороной, стараясь не смотреть на мёртвые глаза, на раскрытую зубастую пасть.
— С чего начнём? — спросила я, голос прозвучал тише, чем хотелось.
Рован присел у окна, изучая подоконник.
— Ищем магические следы. Руны. Знаки. Всё, что твоя тётка могла оставить перед уходом. — Он провёл пальцами по дереву, принюхался. — Здесь что-то есть. Слабое, но... запах полыни и железа. Защитное заклинание.
Я подошла ближе, всматриваясь.
На подоконнике, почти незаметная в дневном свете, виднелась тонкая линия — серебристая, мерцающая. Руна. Нарисованная пеплом или углём.
— Что это?
— Руна сокрытия, — объяснил он, не касаясь её. — Она использовала её, чтобы скрыть свой магический след от тех, кто преследует. — Он поднял взгляд. — Умная. Знала, что за ней будут охотиться.
Он выпрямился, оглядывая комнату дальше.
— Должны быть другие знаки. Направление. Подсказка, куда она ушла. Ищи.
Мы начали обыскивать комнату — методично, молча.
Я проверяла ящики комода, те, что ещё не были полностью разгромлены. Рылась в одежде, среди разбитых склянок.
Рован обследовал стены — проводил руками по воздуху, будто ощупывая невидимые нити магии. Принюхивался. Замирал в некоторых местах, прислушиваясь к чему-то, что я не могла услышать.