— Мейв? — Голос Эндрю стал тише, обеспокоеннее. — Любимая, ты в порядке?
Я моргнула, возвращаясь в реальность.
— Да. — Голос прозвучал хрипло. — Да, конечно. Просто... устала.
Дейрдре поднялась из кресла.
— Тогда тебе нужен отдых. — Она подошла к буфету, достала поднос с чайником и чашками. — Я приготовила травяной чай. Он поможет.
Эндрю тут же вскочил.
— О, не беспокойтесь, миссис О'Коннор, я сам... — Он перехватил поднос из её рук, улыбаясь. — Позвольте мне позаботиться о Мейв. Вы уже столько сделали.
Он поставил поднос на столик, налил чай в чашку — аккуратно, заботливо — и протянул мне.
— Пей, любимая. Тебе станет легче.
Я взяла чашку.
Посмотрела на тёмную жидкость, на плавающие в ней листья. Рука дрогнула. Чай плеснулся, едва не пролившись через край.
— Осторожно! — Эндрю перехватил чашку, поставил обратно на поднос. — Мейв, ты вся трясёшься. — Он взял меня за плечи, развернул к себе. — Боже, ты ледяная. И бледная как смерть. — Его лицо стало встревоженным, почти испуганным. — Может, вызвать врача?
— Нет, — выдавила я. — Нет, всё в порядке. Просто... мне нужно прилечь.
— Конечно. — Он обнял меня за талию, поддерживая. — Пойдём, я провожу тебя наверх.
— Я сама... — начала я, но он уже вёл меня к лестнице.
Его рука на моей талии была твёрдой — направляющей, властной, как поводок. Не грубо, не больно, но абсолютно неумолимо. Я могла остановиться в любой момент. Могла сказать "нет" и уйти.
Могла.
Но слова застряли в горле.
А ноги сами несли меня вперёд — шаг за шагом, по деревянному полу, к подножию лестницы.
К будущему, которое я выбрала.
Или которое выбрали за меня?
Дейрдре стояла у камина и смотрела нам вслед.
Молча.
Неотрывно.
И в последний момент, прежде чем мы начали подниматься по ступеням, наши взгляды встретились.
В её глазах я прочла всё, что она не сказала вслух.
Ты выбираешь клетку и я не могу тебя остановить.
Горло сжалось так сильно, что стало трудно дышать.
Я отвела взгляд.
И позволила Эндрю увести меня прочь.
***
Утро дня свадьбы пришло незаметно — мягко, как выдох, как обещание нового начала.
Я стояла перед высоким зеркалом в старинной раме, в комнате невесты при церкви Святого Финбарра, и смотрела на своё отражение — словно видела себя впервые.
Платье было идеальным.
Тяжёлый шёлк цвета слоновой кости струился от талии, образуя мягкие складки, которые шелестели при каждом движении. Корсет облегал грудь и рёбра, расшитый мелким жемчугом и кристаллами, которые ловили свет из высоких окон и рассыпались по ткани россыпью звёзд. Рукава — прозрачное кружево — едва касались запястий, изящные и невесомые, как паутина.
Волосы были уложены высоко — сложное плетение с вплетёнными белыми розами и плющом, несколько прядей выпущены, обрамляя лицо мягкими волнами.
Макияж безупречен. Глаза подчёркнуты дымчатыми тенями, ресницы длинные и тёмные. Губы — нежно-розовые, чуть влажные от блеска.
Я была красива.
Нет.
Я была прекрасна.
И главное — я была счастлива.
Счастлива.
Слово отозвалось в груди тёплой, уверенной волной.
Последние два дня прошли как в тумане — репетиция, встреча с гостями, примерка платья, бесконечные телефонные звонки с координаторами, флористами, музыкантами. Дейрдре крутилась рядом, помогая, организовывая, и хотя что-то в её взгляде оставалось тревожным, она больше не задавала неудобных вопросов.
А я...
Я чувствовала, как с каждым днём, с каждым часом сон о той ночи в лесу становился всё более размытым. Как воспоминания тускнели, растворялись, превращались в нечёткие образы, которые было трудно удержать.
Костёр. Музыка. Медные волосы. Глаза цвета мёда... нет, не мёда. Какого цвета? Я не могла вспомнить, и это было правильно. Облегчение накатило тёплой освобождающей волной — это действительно был всего лишь сон, галлюцинация от зелья Дейрдре. Ничего больше.
А реальность была здесь. Эндрю — мой жених, мужчина, которого я люблю. Сердце сжалось сладко и нежно, как и должно сжиматься в день свадьбы. Эндрю был идеален: внимателен, заботлив, надёжен. Он организовал всё так, чтобы мне было удобно, даже перенёс свадьбу в Корк ради Дейрдре и продумал каждую деталь.
Он любил меня.
И я любила его.
Конечно, любила.
Иначе зачем бы я выходила за него замуж?
— Боже мой, Мейв! — Восторженный визг заставил меня обернуться.