Один из фейри вздрогнул и поспешил к дальним стеллажам.
Я не должна была пялиться. Не должна была стоять здесь, как идиотка, пожирая его глазами.
Но не могла отвести взгляд.
А потом он поднял голову.
Словно почувствовал мой взгляд сквозь пространство, сквозь магию, сквозь толпу ученых между нами.
Янтарные глаза встретились с моими и мир замер.
Воздух сгустился, стал вязким. Сердце ударило так сильно, что я услышала его в ушах. Золотое внутри взвыло — тихо, требовательно, болезненно.
Ближе. Нужно ближе. Коснуться. Попробовать.
Я видела, как что-то промелькнуло в его глазах. Узнавание. Напряжение. И что-то еще — темное, голодное, что он спрятал так быстро, что я едва успела уловить.
Челюсти его сжались.
Он выпрямился — медленно, будто каждое движение причиняло боль — бросил короткую фразу одному из советников и поднялся.
Движения были плавными. Хищными. Слишком грациозными для человека, не спавшего всю ночь.
Он обошел стол и направился ко мне.
Каждый его шаг отдавался в моей груди. Золотое билось в такт — бам-бам, бам-бам — жаждущее, требовательное.
Стражи за моей спиной напряглись. Но Рован даже не взглянул на них.
Он шел прямо ко мне, и я видела каждую деталь — темные круги под глазами, бледность кожи, напряжение скул. Он выглядел измученным. Загнанным. Но глаза... глаза горели.
Он остановился в трех шагах.
Слишком близко. Слишком далеко.
Запах ударил меня — осенние листья, дым, что-то пряное и теплое, что я не могла назвать. Магия. Его магия, густая и древняя, обволакивающая меня, как шелк.
Золотое внутри замурлыкало.
Я стиснула зубы, заставляя себя не шагнуть ближе.
— Мейв. — Голос прозвучал низко, хрипло. Не приветствие. Просто мое имя. Но то, как он его произнес — с легким нажимом на первый слог — заставило что-то сжаться внизу живота.
Я подняла подбородок, встречая его взгляд.
— Рован.
Молчание растянулось — тяжелое, вибрирующее.
Его взгляд скользнул по мне — по темно-зеленому платью, по перчаткам, задержался на моем лице. Изучающий. Оценивающий.
Ищущий что-то.
Я не отвела взгляд. Не дрогнула.
Два хищника, оценивающие друг друга.
Рован резко обернулся, не глядя на меня больше.
— Элион!
Голос хлестнул по залу — королевский, не терпящий возражений.
Пожилой фейри в темной робе вздрогнул, отложил свиток и быстро приблизился, склонив голову.
— Ваше Величество.
— Эликсир Понимания, — приказал Рован коротко. Пауза. — И доступ ко всем разделам.
Элион поднял голову, нахмурившись.
— Всем, Ваше Величество?
— Всем. — Голос стал тише и опаснее. — Включая запретные.
Элион замер, переводя взгляд с короля на меня.
Я видела расчет в его глазах. Видела сомнение.
Лианан ши. Хищница. Убийца. Почему король дает ей доступ к самым темным знаниям Подгорья?
— Ваше Величество, — начал Элион осторожно, — запретные разделы содержат опасную информацию. Магию, которую не следует...
— Я не просил твоего мнения, Элион. — Рован обернулся, и что-то в его взгляде заставило старого фейри побледнеть. — Я отдал приказ. У неё мое разрешение. Моё полное доверие. Этого достаточно?
Молчание.
Потом Элион медленно склонил голову.
— Да, Ваше Величество. Как прикажете.
Рован снова посмотрел на меня.
Взгляд был тяжелым — оценивающим, напряженным. В золотых глазах плескалось что-то темное. Усталость. Решимость. И под всем этим — голод, который он не мог полностью скрыть.
Золотое внутри узнало его. Откликнулось.
Перчатки нагрелись до обжигающего жара.
— Можешь передвигаться свободно, — произнес он ровно. Слишком ровно. — Стражи останутся у входа.
Я выпрямилась, чувствуя, как гордость поднимается в груди — колючая, оскорбленная.
— Как великодушно, — произнесла я холодно. — Полагаю, мне разрешено ходить по залам? Или охрана будет докладывать о каждом моем шаге?
Что-то сверкнуло в его глазах. Раздражение? Досада?
Челюсти сжались еще сильнее.
— Стражи. У. Входа. — Каждое слово — как удар. — Этого. Достаточно.
Молчание.
Мы смотрели друг на друга — слишком долго, слишком напряженно.
Воздух между нами, казалось, потрескивал.
Я чувствовала каждый дюйм расстояния между нами. Три шага. Всего три проклятых шага, и я могла бы...