— Так к чему именно ты нас призываешь? — спросил Гелион с сомнением, упираясь предплечьями в свои мускулистые, сверкающие бедра. — Собрать объединенную армию?
— Кроме прочего, — мягко сказал Рис. — Мы –
Его появление было почти таким же.
Почти таким же, как в ту ночь в старом домике моей семьи, когда распахнулась дверь, влетел зверь, впуская мороз, и зарычал на нас.
Он не обеспокоил себя приземлением на балкон, и не потрудился взять с собой сопровождающих. У него не было свиты.
Словно вспышка молнии, норовистый, словно весенняя буря, он рассеялся прямо в комнату. И моя кровь стала холоднее льда Каллиаса, когда появился Тамлин и улыбнулся, словно волк.
ГЛАВА
44
Абсолютная тишина. Полная неподвижность.
Я почувствовала дрожь магии, которая скользнула по комнате, когда щит за щитом устанавливались вокруг каждого Высшего Лорда и его свиты. Тот, что Рисанд уже установил вокруг нас, теперь усилился... Пропитываясь яростью. Гневом и яростью. Даже если лицо моего мейта было скучающим — ленивым.
Я попыталась придать своему лицу ту холодную настороженность, с которой Нэста посмотрела на него, или неуловимое отвращение, появившееся на лице Мор. Я попыталась — и полностью провалилась.
Я знала его причуды, его характер.
Здесь был Высший Лорд, который разорвал наг на кровавые ленты; здесь был Высший Лорд, который пронзил Амаранту мечом Люсьена и зубами вырвал ее горло.
Все это сверкало в этих зеленых глазах, когда они остановились на мне, на Рисе. Зубы Тамлина были белыми, как подобранные воронами кости, когда он широко улыбнулся.
Тэсан поднялся, а его капитан остался сидеть рядом с ним — держа руку на эфесе своего меча.
— Мы не ожидали, что ты появишься, Тамлин.
Тэсан жестом указал на своих слуг, замерших в поклоне.
— Принесите Высшему Лорду стул.
Тамлин не оторвал своего взгляда от меня. От нас.
Его улыбка смягчилась — и все же стала более нервирующей. Более злобной.
На нем была его обычная зеленая туника — никакой короны, никаких украшений. И никакого нового патронаша на месте того, что я украла.
Берон протянул:
— Соглашусь, Тамлин, что я тоже не ожидал увидеть тебя здесь.
Тамлин так и не отвел взгляда от меня. Наблюдая за каждым моим вдохом.
— Слухи говорят, что твоя верность принадлежит кое-кому другому.
Взгляд Тамлина переместился — но вниз. К кольцу на моем пальце. К татуировке, украшающей мою правую руку под сверкающим бледно-голубым рукавом моего платья. Потом он поднялся — прямо к короне, которую я выбрала для себя.
Я не знала, что сказать. Что делать со своим телом, со своим дыханием.
Больше никаких масок, никакой лжи и уловок. Голая правда, которая теперь предстала перед ним. Что я сделала, пребывая в ярости, ложь, что я навешала ему на уши. Люди и земли, которые я сделала уязвимыми перед Хайберном. И теперь я вернулась к своей семье, своему мейту...
Мой горящий гнев охладился, превратившись во что-то заостренное и хрупкое.
Слуги приволокли стул — поставили его между стульями одного из сыновей Берона и свитой Гелиона. Ни один из них не был в восторге от этого, хотя они не были глупы, чтобы отпрянуть, когда Тамлин занял свое место.
Он ничего не сказал. Ни слова.
Гелион махнул рукой, которую покрывали шрамы.
— Тогда займемся делом.
Тамлин прочистил горло. Никто не посмотрел на него.
Не тогда, когда Тамлин уставился на руку Риса, которая лежала на моем сверкающем колене.
Отвращение в глазах Тамлина почти кипело.
Никто, даже Амаранта, никогда не смотрел на меня с такой ненавистью.
Нет, Амаранта не знала меня по-настоящему — ее ненависть была поверхностной, вызванной ее личной историей, которая все отравляла. Тамлин... Тамлин знал меня. И теперь ненавидел каждую мою частичку.
Он открыл рот, и я приготовилась к тому, что услышу.
— Кажется, вас можно поздравить.
Слова были плоскими — плоскими, и все же острыми, как его когти, которые теперь были спрятаны под его золотистой кожей.
Я ничего не сказала.
Рис только удержал взгляд Тамлина. Удержал его с ледяным выражением лица, и все же под ним бурлила презрительная ярость. Разрушительная ярость, пронзающая связь между нами и извивающаяся на ней.
Но мой мейт обратился к Тэсану, который сел обратно на свое место, но все еще находящийся далеко от спокойного состояния:
— Мы можем обсудить этот вопрос позже.
Тамлин спокойно сказал:
— Не останавливайтесь из-за меня.
Из глаз Рисанда исчез свет, будто рука тьмы стерла звезды. Но он раскинулся на стуле, поднимая свою руку с моего колена, чтобы лениво выводить круги на деревянном подлокотнике своего стула.