Единственный проход в возвышающейся каменной стене возвышался над нами, огромный, как какой-то гигантский зверь, такой высокий, что мне пришлось запрокинуть шею, чтобы увидеть острие, выступающее из его вершины.
Стража у толстых железных ворот...
Рис засунул руки в карманы. Щит вокруг нас уже был выставлен. Мор и Азриэль заняли оборонительные позиции по обе стороны от нас.
У этих ворот было двенадцать стражников. Все вооруженные, плотные шлемы, которые, несмотря на жару, были на них, скрывали их лица. Их тела, вплоть до сапог, тоже были скрыты под позолоченной броней.
Любой из нас мог прикончить их, даже не поднимая руки. И стена, которую они охраняли, ворота, у которых они несли пост... Не думаю, что они долго протянут.
Но... если мы наложим сюда защитные заклинания, а может даже и разместили тут бастион воинов Фэ... Через раскрытые ворота я разглядела обширные земли — поля, пастбища, рощи и озеро... И за ним... надежная громоздкая крепость из темно-коричневого камня.
Нэста была права. Это место похоже на тюрьму. Его лорд подготовился, чтобы переждать бурю внутри, король этих ресурсов. Но здесь было место. Много места для людей.
И та, которая должна была стать хозяйкой этой тюрьмы... Задрав голову, Элейн сказала страже, которая направила стрелы прямо на ее тонкое горло:
— Скажите Грейсену, что его невеста пришла к нему. Скажите ему... скажите ему, что Элейн Арчерон просит убежища.
ГЛАВА
52
Мы ждали за воротами, пока стражник оседлал лошадь и ускакал по длинной пыльной дороге к самой крепости. Громадное здание окружала вторая стена. С нашим зрением Фэ, мы смогли увидеть, как открываются эти ворота, а потом и другие.
— Как ты вообще с ним познакомилась, — прошептала я Элейн, пока мы стояли в тени дубов за воротами, — если он заперся здесь?
Элейн все смотрела и смотрела на далекую крепость.
— На бале — который устроил его отец.
— Я бывала на похоронах, которые были куда оживленнее, — пробормотала Нэста.
Элейн посмотрела на нее.
— Этому дому уже давно нужно прикосновение женской руки.
Никто из нас не сказал, что она вряд ли станет таковой.
Азриэль сохранял дистанцию в несколько шагов, словно тень одного из дубов. Но Мор и Рис... они следили за всем. За стражей, чей страх... его соленый, потный привкус щекотал нервы.
Но они были непоколебимы. И продолжали держать стрелы с наконечниками из ясеня наведенными на нас.
Прошло много времени. Затем, наконец, на далеких воротах крепости подняли желтый флаг. Мы подготовились.
Но один из стражников, стоящих перед нами, хмыкнул:
— Он сам выйдет к вам.
Нам не позволили зайти внутрь. Чтобы мы не увидели их защитные сооружения, ресурсы, которыми они обладали.
Сторожевая вышка была так далеко от крепости, чтобы мы смогли увидеть лишь то, что они нам позволяли.
Они провели нас внутрь, и, хотя мы пытались свести свою необычность к минимуму... Гончие, привязанные к стенам, зарычали. Довольно злобно, отчего стражникам даже пришлось увести их.
Главная комната сторожевой вышки была тесной и душной, особенно когда мы все вошли в нее, и, хотя я предлагала Элейн место перед закрытым окном, она решила стоять — перед всей нашей группой. Смотря на закрытую железную дверь.
Я знала, что Рис прислушивается к каждому слову, сказанному стражниками снаружи, а щупальца его силы высматривали любое изменение их намерений. Я сомневалась, что камень и железо здания смогут удержать любого из нас, и уж точно не тогда, когда мы все вместе, но... Позволяя им запереть нас здесь, оставив ожидать... Это поколебало мое хладнокровие. Заставило меня стать беспокойной, а мое тело покрыться холодным потом. Слишком маленькое пространство, слишком мало воздуха –
Все в порядке, успокаивал меня Рис. Это место не сможет тебя удержать.
Я кивнула, хотя он ничего не сказал, пытаясь подавить ощущение давления стен и потолка на меня.
Нэста внимательно наблюдала за мной. Я призналась ей:
— Иногда... у меня бывают проблемы с маленькими пространствами.
Нэста долго смотрела на меня. И потом так же тихо сказала, хотя ее услышали все:
— Я больше не могу залезть в ванную. Мне приходиться использовать ведра.
Я не знала — даже не задумывалась, что купание, погружение в воду...
Я знала, что мне лучше не брать ее за руку. Но я сказала:
— Когда вернемся домой, мы установим что-нибудь другое для тебя.
Могла поклясться, что в ее глазах мелькнула благодарность — что она хотела сказать что-то еще, но к нам приблизились лошади.