Я моргнула, посмотрев на беспорядок вокруг. Пакетики от чипсов, пустая бутылка из-под виски, кое-что из моей грязной одежды. Уборка не была моей сильной стороной. Но, полагаю, так уж бывает, когда ты проводишь шесть лет в клетке.
Я скрестила руки на груди.
— Учитывая, что я трущобная фейри, зачем именно вам меня вербовать?
Он подошёл ещё на шаг ближе и наклонился, чтобы прошептать.
— Как ты и говорила, тебе удалось меня ранить, — его голос согревал моё ухо. — Обычно я никогда не подпускал женщину так близко к себе, если только мы не занимались более приятным делом.
Я отступила от него на шаг. Он пришёл сюда, чтобы завербовать меня или соблазнить?
— Ты будешь соревноваться с другими новичками, — продолжил он. — И, вероятно, умрёшь. Но если этого не случится, у тебя появится шанс стать Рыцарем Теневых Фейри, таким же, как мы.
— Рыцарем Теневых Фейри? Вы так себя называете? Все остальные говорят «истребители чар».
— Нам не нравится этот термин.
— Конечно, не нравится, — согласилась я. — Звучит неприятно. А что, если я откажусь?
Энгус криво улыбнулся.
— Тогда ты умрёшь, само собой. Ты вне закона. У тебя нет никаких прав.
— Я не уверена, что мне нравятся мои варианты.
В зелёных глазах Энгуса промелькнуло удивление.
— Обычно мы даже не утруждаемся с тебе подобными, но это была его идея. Я не уверен, почему. Мой спутник, как правило, ненавидит фейри вроде тебя.
— Фейри вроде меня? Ты имеешь в виду, кого-то с настоящим характером?
— Нет, — сказал Энгус. — Судя по тому, что мы видели, ты нарушающая правила, импульсивная неряха, склонная к пьянству и позорным дракам в барах. Всё твоё существование в буквальном смысле не служит никакой цели.
— Я чувствую, что здесь, возможно, было какое-то оскорбление, но я не могу понять, какое именно.
— Тебе даётся шанс на величие, возможность жить в крепости и есть рыцарскую пищу, а ты предпочтёшь жить как животное, в комнате, заваленной пустыми бутылками и пакетиками из-под чипсов?
— Животные не едят чипсы и не пьют из бутылок, — я прищурилась, чтобы произнести свою последнюю язвительную реплику. — У животных даже рук нет.
— Довольно умно для того, кто носит налобный фонарь, потому что не может оплатить счета.
— Если ты правильно разыграешь свои карты, я, возможно, когда-нибудь подарю тебе твой личный налобный фонарь. Если бы ты мог видеть в темноте, возможно, тебе удалось бы избежать удара колом в шею.
Это всё было напоказ. Ради Киары я в любом случае собиралась пойти с ними, но если бы я просто сдалась, не оказывая сопротивления, возможно, это вызвало бы подозрения. В конце концов, я была позорной, дерущейся в барах неряхой, чья жизнь не служила никакой цели, и если бы я вдруг захотела достичь величия, это могло бы показаться подозрительным.
Я кивнула на Призрака. Вокруг него клубились тени.
— И ты хочешь сказать, что я могу в конечном итоге поселиться в одной комнате с Весельчаком Чарли?
Медленное пожатие плечами.
— Это возможно.
Определённо неприятная возможность, но на карту поставлена жизнь Киары.
— Почему вы вообще позволили мне вернуться сюда? Почему просто не забрали меня с улицы?
— Нам нужно разрешение Великого Магистра Савуса, прежде чем посторонние смогут пройти через наши ворота, и мы знали, что ты далеко не уйдёшь с наложенным на тебя заклятием усталости.
— Окей. Итак, я начинаю жить с вами или умираю. Поняла. Что дальше?
— Дальше ты идёшь с нами. Если ты сможешь преодолеть порог снаружи Института, ты станешь новичком.
— Порог? Ты имеешь в виду светящийся ров?
— Хватит вопросов, — сказал Энгус. — Пора идти.
Я бросила нервный взгляд на Призрака, чей капюшон скрывал большую часть его лица. Тем не менее, по застывшим плечам я понимала, что он был в напряжении. Я не могла сказать, было ли это из-за состояния моей комнаты, моего статуса трущобной фейри, или же он по пути сюда имел несчастье столкнуться с дядей Дарреллом и его историями про мошонку. Но, как бы то ни было, от взгляда его проницательных глаз у меня по коже побежали мурашки. Я была уверена, что ничто не ускользало от его внимания.
Я должна украсть ключ у одного из этих парней. Что бы сделал кто-то вроде Призрака, если бы один из его врагов украл у него что-то важное? Зрелище явно будет не из приятных.
Думая о Киаре, запертой где-то в камере, я понимала, что у меня нет выбора. Киара не воин. Она выросла в какой-то захолустной американской дыре у тёти, которая выбивала из неё всё дерьмо, и я почти уверена, что она ни разу не сопротивлялась. После того, как мы сбежали от нашей подпольной жизни с Балеросом, Киара накопила денег на покупку набора мягких игрушек, которые она раскладывала вокруг своей кровати на ночь для безопасности. У неё была игрушка по имени мистер Хаггинс, которую она прижимала к себе, когда ей снились кошмары.