— Я знаю подобных тебе, малышка, — вампир облизал клыки, покачиваясь на ногах. — Ты читаешь книжонки о подростках, влюбляющихся в тысячелетних вампиров. Предполагается, что наша кожа должна сверкать, как задница единорога, верно? И у вас у всех будет счастливый конец. Неправильно. Эти книги — полное дерьмо. Пойдём со мной, и я научу тебя читать настоящую литературу. Хемингуэй, Керуак, Буковски…
Его монолог был прерван видом тонкого колышка, который я вытащила из своих волос. Я покрутила его между пальцами, и вампир, казалось, был загипнотизирован этим движением.
Я улыбнулась ему.
— Теперь, когда ты заткнулся, давай проясним одну вещь. Я не позволю тебе клеветать на любовные романы в моём баре, — формально это не мой бар, но это не имело значения. Этот засранец думал, что будет питаться Киарой. И более того, я не потерплю, чтобы кто-то трепался тут о Буковски. — Я бы хотела вернуться к «Джонни Уокеру», который я пила перед твоим приходом, и я не хочу продолжать тебя избивать. Я бы предпочла, чтобы твоя кровь не пачкала мою новую мини-юбку. Так что беги. Я почти уверена, что в нескольких кварталах отсюда только что открылся бар, стилизованный под метамфетаминовую лабораторию, — я наклонилась ближе, приподняв бровь. — То заведение более в твоём вкусе.
Несмотря на тумаки, которых я ему только что навешала, и кол в моей руке, он выглядел невозмутимым.
Он, спотыкаясь, направился к Киаре.
— Думаю, мне было бы удобнее, если бы твоя подруга пошла со мной.
Я сильно толкнула его, и он отшатнулся.
Дверь распахнулась, и вошёл второй вампир — этот был в козырьке, с усами и розовым галстуком-бабочкой. Кто-то сказал им, что у нас распродажа укулеле или что-то в этом роде?
Мне нужно увести их отсюда. Меньше всего я хотела, чтобы «Распростёртый Орёл» привлёк внимание истребителей чар за укрывательство сверхъестественных существ.
Я одарила двух вампиров мрачной улыбкой.
— Сверхъестественным сюда вход воспрещён. Сверхъестественные существа нигде не допускаются. Таковы правила. У вас есть десять секунд, чтобы покинуть этот бар, — ласково сказала я, одновременно прикидывая все способы, которыми я могла бы их убить. — Иначе я могу начать злиться. А вы этого не хотите.
Викинг-Вампир фыркнул, затем его радужки вспыхнули красным. Воздух, казалось, сгустился вокруг нас.
— А ты кто, чёрт возьми, такая, красотка? Ты не человек.
У меня кровь застыла в жилах. Я не могла допустить, чтобы кто-нибудь услышал, как он это говорит.
Он молниеносно схватил со стойки бара бутылку виски — мою бутылку виски. Затем ткнул пальцем мне в лицо.
— Ты тоже не должна здесь находиться. Думаю, я мог бы рассказать о тебе истребителям чар. Тик-так. Твоё время на исходе, милая леди. Но дай мне взглянуть на твои великолепные сиськи, и, возможно, я сохраню твой секрет.
Ярость захлестнула меня. И затем, когда я осознала фразу «истребители чар», страх заструился по моей спине.
Окей. Мне надоело быть милой. Теперь он должен был умереть.
В Лондоне было только одно существо страшнее меня, и это были истребители чар. Фейри-ассасины в тёмных плащах бродили по улицам Лондона, сливаясь с ночным небом, как дым. Они терроризировали как людей, так и магических существ, управляя городом через острия своих клинков, тихо убивая в тени. Никто не должен был смотреть им в глаза, заговаривать с ними или дышать в их сторону. Но мы все были должны им десятую часть от наших зарплат. Они называли это деньгами на защиту. Они ничем не лучше магической мафии. Короче говоря, они хуже всех. Я ненавидела их и боялась в равной мере.
Я прищурилась, глядя на вампиров.
— Вы хотите, чтобы я поверила, будто вы достаточно храбры, чтобы привлечь внимание истребителей чар? И рискнуть своими собственными шеями? Хрень собачья. Вы должны быть заперты в магическом мире вместе со всеми другими сверхъестественными существами, а не бродить по улицам Лондона. Сейчас я в четырёх секундах от того, чтобы вытащить вас на улицу и проткнуть колом.
По правде говоря, я проткну их кольями вне зависимости от того, уйдут они добровольно или нет. Я не могла рисковать тем, что они меня выдадут.
На самом деле у меня не было времени на долгие умственные расчёты, потому что в следующее мгновение Викинг-Вампир снова бросился на Киару, обнажив клыки.
Быстро — возможно, быстрее, чем следовало — я развернулась вокруг него, приставив кол к его шее. Я не должна была двигаться слишком быстро; люди медлительны и неповоротливы. Но при виде того, как он нападает на Киару, кровь бешено понеслась по моим венам и сработал инстинкт.