Я прижала кол к его яремной вене. Затем, встав на цыпочки, прошептала ему на ухо:
— Я знаю, что кол в шею тебя не убьёт. Но тебе будет очень больно, когда я воткну его в твоё горло и хорошенько пошевелю им. А потом я убью тебя.
Что-то острое кольнуло мне в спину, заставив застыть на месте. Бросив быстрый взгляд через плечо, я поняла, что его друг, Вамп-Козырёк, приставил нож к моей спине.
— Бросай колышек, дорогая! — сказал Вамп-Козырёк.
«Третий закон силы Балероса: всегда позволяй врагу недооценивать тебя».
Я выронила кол. Я подняла руки, как будто сдавалась, добавив немного дрожи для пущей убедительности.
Затем, когда я почувствовала, что острие ножа немного отступило, я развернулась и ударила его локтем в нос. Я вскинула колено к его паху — три жестоких удара в промежность. Вампиры, может, и не живые, но всё равно чувствительны в обычных местах. Когда он согнулся вперёд, я вывернула ему руку, вынуждая его лечь на пол. Одновременно я выхватила нож у него из рук. Затем я приставила лезвие к его шее.
Мои губы изогнулись в насмешливой улыбке.
— Вы всё ещё хотите поиграть?
Теперь, наконец, у вампиров хватило здравого смысла выглядеть испуганными. В комнате снова воцарилась тишина, если не считать трелей популярной песни.
Вампир-Викинг поднял руки.
— Мы уходим.
Я отвела лезвие от шеи его дружка. Выпрямившись, он наклонился ближе, дыша мне в ухо.
— Истребители чар придут за тобой.
При этих словах ледяная волна страха скрутила мою грудь.
Я наблюдала, как два вампира выскользнули из бара.
Я сунула руку в карман мини-юбки и вытащила леденец на палочке. Вишнёвый, с жевательной резинкой посередине. Ничто так не успокаивает нервы, как сахарные сладости. Я отправила леденец в рот, глядя на дверь.
Киара улыбнулась.
— Божечки-кошечки, это был потрясающий вечер, — она прожила в Великобритании по меньшей мере десять лет и до сих пор не избавилась от своего сильного американского акцента. — Я не была так взволнована с тех пор, как моя тетя Старлин нарисовала клоуна на стене моей спальни, чтобы скрасить моё одиночество.
— Это ещё не конец, — в этих вампирах было что-то слишком самоуверенное, и их прощальная реплика сказала всё, что мне нужно было знать. Я слышала о некоторых сверхъестественных существах, выступающих в качестве информаторов истребителей чар. Сверхъестественные стукачи. Может быть, именно поэтому этим двум идиотам удавалось оставаться в живых, безнаказанно кусая таких людей, как Киара.
— Ты можешь присмотреть за баром, пока меня не будет?
— Без проблем.
Мне нужно убить парочку вампиров.
Глава 2
Я схватила с пола свой кол, затем рюкзак. Я никогда никуда не ходила без него. В моей дорожной сумке имелось всё, что может понадобиться в экстренной ситуации: налобный фонарь, зажигалка с аэрозольным дезодорантом, чтобы приятно пахнуть или поджигать всякие штуки, медицинские принадлежности, бутылка с водой, вишнёвый блеск для губ, чистые трусики, коротковолновый радиоприёмник, верёвки, разнообразные леденцы на палочке, клейкая лента и дохренища ножей. Никогда не говорите, что я не подготовлена.
Дверь скрипнула, когда я вышла на ночной воздух. Покрытый сажей мост выгнулся дугой над «Распростёртым Орлом», где в тени устроили себе жилище голуби. Они ворковали надо мной.
Я выбросила свой леденец в мусорное ведро. Мне не нравилось убивать людей с конфетами во рту.
Слегка дрожа от туманного воздуха, я осматривала тёмные улицы под мостом, пока не заметила движение. Два вампира направлялись к Тауэру — средоточию силы истребителей чар. Я не позволю им приблизиться к его стенам.
Я неслышно пошла за ними по влажной, мощёной булыжником дороге. Лёгкий дождь моросил по моей коже, заставляя мои лавандовые волосы кучерявиться.
Ускорив шаг, я вытащила из волос колья боярышника, держа по одному в каждой руке, как пару кинжалов. Мой пульс участился, сердце забилось быстрее от охотничьего азарта. Они были у меня в поле зрения, и я не могла позволить им куда-либо сбежать.
Когда я подошла к ним сзади, я пропела:
— Эй, вампиры.
Они развернулись, и я вонзила свои колья им в сердца. И на этом бой был окончен.
«Шестой закон силы Балероса: Безжалостно сокрушай своих врагов».
Их глаза расширились, но через несколько секунд они превратились в кучки пепла на тротуаре. Дождь смочил их почерневшие останки.