Меня трясло от гнева.
— Ты в порядке? — спросил Энгус.
Руадан тоже перестал точить нож и уставился на меня.
— Нормально, — процедила я сквозь стиснутые зубы.
Всё это лишь подтвердило первый — и самый важный — закон силы Балероса: Проникни в мысли своего врага. Хорошее знание человека даёт тебе власть над ним.
Вдох, выдох.
— Где Мелюзина? Как она?
— На самом деле, она не сильна в бою на мечах, но сильна в магии.
Я провела кончиками пальцев по своей талии.
— Я беспокоилась об этом. Магия. Нам ведь ни в коем случае не обязательно её знать, не так ли?
Руадан поднял глаза, приподняв брови.
— Я действительно не могу этого сделать, — сказала я. — Я не думаю, что у нас скоро будет испытание, основанное на магии?
Лицо Энгуса помрачнело.
— Давай просто скажем, что вам двоим лучше начать тренироваться.
Мой желудок сжался.
— Я не могу просто убивать существ мечами?
Энгус и Руадан одновременно покачали головами.
— У всех фейри есть магия, — сказал Энгус. — Тебе просто нужно научиться направлять её. Не говоря уже о том, кем бы ни была твоя вторая половина.
«О, дружище, ты не хочешь, чтобы я давала волю своей второй половине». Я сделала долгий, медленный вдох.
— Благородных фейри обучают магии с четырёхлетнего возраста. Как я могу с этим конкурировать?
Энгус пожал плечами.
— Тебе просто нужно выжить, — он кивнул на Руадана. — Он наполовину демон. Никто из нас точно не знает, кто твоя вторая половина. Но сочетание фейри и чего-то ещё может быть могущественным, как и в случае с Руаданом. Его магия сильнее, чем у любого из здешних рыцарей, включая Великого Магистра. Лучшего наставника для твоего обучения и придумать было нельзя. Ты видишь? Старые Боги знают, что делают.
— Вот только Руадан ненавидит меня и не может объяснить мне что-либо словами.
Руадан скрестил руки на груди, откинулся назад и пристально посмотрел на меня.
— Ты говоришь о нём так, словно его здесь нет, — сказал Энгус. — Он молчит, но не глухой.
— Верно. Прости.
— И он не ненавидит тебя. Он просто… не уважает тебя.
— Очаровательно. Ваше здоровье.
— Из-за алкоголя, драк в баре и общей бессмысленности твоего существования, и…
Я подняла руку.
— Да, мы это уже обсуждали. Он написал это для меня. По сути, это единственное, что он пожелал донести до меня, — я нахмурилась. — Так почему вы оба решили привести меня сюда?
Энгус пожал плечами.
— Из-за того, как ты сражаешься. Вот и всё. Ты быстра, умна и безжалостна. Мы поняли это ещё до того, как ты ударила меня колом в шею. И мы были правы, выбрав тебя, потому что ещё ни одному новичку не удавалось убить Короля Маммоны, — Энгус потёр горло, словно вспоминая ту боль, которую я ему причинила. — В любом случае, я должен вернуться к Мелюзине. Удачи тебе в изучении магии.
Нити тёмной магии заструились в воздухе вокруг Руадана. Он уставился на меня, продолжая точить свой нож. Энгус не шутил, что его магия сильна. Прямо сейчас она обвивала мою кожу, заставляя волосы вставать дыбом, а спину выгибаться дугой. Воспоминание вспыхнуло у меня в голове — его рука, сжимающая мои волосы, его зубы на моём горле.
Сочетание его заточки ножа и магических заклинаний было очень тревожным. Я старалась не думать о том, что он свернул шеи двум своим последним новичкам. Я не хотела быть у него в немилости.
Жаль, что у меня не было выбора.
Холодный ужас растёкся по моим венам. Когда я заговорила о Ключе Мира, он замкнулся. Он ни капли не доверял мне, что было проблемой. Руадан не собирался терять бдительность в моём присутствии.
Я обхватила себя за бока, слегка поморщившись.
— А теперь мы можем немного поспать? Это был долгий день, и мне нужно, чтобы рана зажила.
Руадан нахмурился, бросив нож на каменный стол. Затем он поднялся и подошёл ко мне.
Он протянул мне руку, и в моей груди вспыхнуло удивление. Неожиданно дружеский жест. Я взяла его за руку и встала, и он подвёл меня к своей кровати. Затем жестом предложил мне сесть. Я присела на край его кровати. Матрас был жёстким и неподатливым, потому что он принадлежал Руадану, и это само собой разумелось.
К моему растущему удивлению, Руадан опустился передо мной на колени.