Дрожа, я уставилась на светящуюся метку у него на груди. Я плотнее завернулась в одеяло, наблюдая, как Руадан касается своей татуировки. Она светилась бледным серебристым светом, похожим на звёздный. Темнота хлынула из его тела.
Тени извивались по комнате, затем собрались в одном месте на каменном полу. Завитки тьмы закружились в диких вихрях, пока, наконец, камни не расступились и не уступили место тёмной, блестящей воде. Портал полуночных вод, освещённый звёздным светом.
Лёд пробежал по мне. Это ключ на его груди, и он был частью его самого. Холодная паника охватила моё сердце. Выхода из этой ситуации не существовало.
Я смотрела, как в полу образовалась тёмная лужица воды, её рябящая поверхность поблёскивала. Пустота в моей груди стала ещё глубже, и я завернулась в одеяло, чтобы прикрыть обнажённую грудь. Я понятия не имела, где в этот момент была моя одежда — наверное, запихнута поглубже в одеяла. Казалось, я не могла заставить себя носить её, когда была рядом с Руаданом и его особым видом магии.
В любом случае, если Баэл вот-вот выйдет из воды совершенно голым, он вряд ли станет критиковать мой внешний вид.
От холода у меня сводило мышцы. Не просто от холода, а от этой грызущей бездны, болезненной опустошённости…
Я стиснула зубы, сосредоточившись на Ключе Мира. Я нашла его — то, что искала всё это время. Единственный способ забрать его у Руадана — это убить его и вырезать из него Ключ.
Бездна в моей груди открылась немного шире, пустота настолько обширная, что, казалось, она поглотит меня целиком.
«Мне придётся убить Руадана».
Тёмные тени метались вокруг него, рассекая воздух вокруг его тела. Он потерял бдительность и, казалось, теперь доверял мне. Он пустил меня в свою постель, снял передо мной рубашку. Он больше не прятал от меня Ключ Мира, как будто мне можно было доверять… Он явно совсем не знал меня.
Балерос сделал меня прогнившей насквозь. Балерос научил меня наносить удар, как только враг ослабит свою защиту. Я могла бы убить его в постели, срезать кожу с его груди…
Пустота пронзила меня так сильно, что я подумала, что могу умереть.
Я смотрела, как красивый мужчина выбирался из бассейна, и с его тела стекала вода. Его серебристые глаза отливали лунным светом, а его лицо обрамляли тёмные кудри.
От холода у меня начались судороги, и я упала обратно на кровать.
В следующее мгновение Руадан оказался рядом со мной и усадил меня к себе на колени. Его магия ласкала мою кожу, бархатистое прикосновение согревало меня. Неужели всего минуту назад я представляла, как убью его? Потому что прямо сейчас я обнимала его и прижималась к его груди, вдыхая аромат сосен. Сказать, что я испытывала противоречивые чувства, было бы величайшим преуменьшением этого грёбаного года.
Серебряноглазый навис надо мной, с любопытством глядя сверху вниз.
— Кто ты? — спросила я, стуча зубами.
— Кейн, — он посмотрел на Руадана. — Ты хочешь сказать, что кто-то пырнул её пожинающим кинжалом? Тем, что принадлежит Никсобасу?
Как, чёрт возьми, они общались? Руадан не разговаривал.
— И она всё ещё жива? — недоверчиво продолжил Кейн. — Кто она такая, во имя семи кругов ада?
Если моя нагота и беспокоила его, он этого не показывал. Когда я заметила слабый отблеск призрачных крыльев у него за спиной, у меня возникло ощущение, что он, возможно, тоже отчасти инкуб.
— Ладно, — сказал Кейн. — Похоже, часть бездны находится внутри неё. Мы можем попытаться вытащить её и поглотить. Тебе нужно будет отправить её обратно в царство теней, используя Ключ Мира.
Я пыталась настроиться на его слова, хотя большая часть моих мыслей была сосредоточена на каждом месте, где тело Руадана касалось моего. Его голая грудь согревала моё обнаженное тело, и я уставилась на светящуюся руну фейри.
Мне было трудно сосредоточиться на чём-либо, кроме рук Руадана, обвивающих меня. Из-за этого мне было трудно мыслить здраво, и я хотела вернуть себе рассудок, чтобы снова начать убивать, для чего я и была рождена.
Но я чувствовала, как по моей коже пробегает дрожь дикой, тёмной силы. Два великолепных полу-инкуба закрыли глаза. Свечи в подсвечниках мерцали, пока не погасли, и лунный свет в комнате начал тускнеть. Тонкий слой инея покрыл каменный пол, кровать — всё в комнате, кроме нас. Мерцающие тени отделились от моего тела и, кружась, устремились в Кейна и Руадана.