Пока я смотрела сквозь решётку, снаружи моей камеры появилось самодовольное лицо Мэддана. Он держал факел, и его тёплый свет освещал его лицо снизу, придавая ему дьявольский вид.
В моей голове зазвенел голос Киары. У дьявола много лиц.
Я представила, как Мэддан несколько дней просидел в своей комнате, мечтая об этом моменте в таком возбуждённом состоянии, что у него закончились салфетки. Он пришёл, чтобы убить меня?
— Арианна, — промурлыкал он.
На этот раз, похоже, он не принёс с собой никакой чистой магии.
Я скривила губы.
— Мэддан. Ты не смог выиграть испытания, поэтому пришёл сюда, чтобы убить меня.
— Нет, я просто пришёл посмотреть на тебя в твоей грязной маленькой клетке, — выпуклость под его брюками подтвердила мою теорию о салфетках. — Великий Магистр Савус не позволит мне убить тебя. Похоже, у него есть план публичной казни тебя и Руадана. Не могу дождаться, когда увижу это.
— Почему он хочет нашей смерти?
Он приподнял бровь.
— Я не должен говорить.
Я фыркнула.
— Как будто ты посвящён в эту информацию. Он ни за что не стал бы доверять такому некомпетентному идиоту, как ты. Ты всего лишь пешка во всём этом. А не настоящий игрок.
— Чушь собачья, — он сплюнул. — Я знаю многое. Ты такой же рычаг давления, как и Руадан.
Я драматично закатила глаза.
— О, конечно. В этом есть смысл, — я подтолкнула его. — Для чего?
— Балерос хочет вашей смерти. Он хочет, чтобы вы оба умерли. Ему нужен Ключ Мира от Руадана. Ты? Я думаю, тебя он просто ненавидит. Так же, как и я.
Ярость захлестнула меня. Я схватилась за железные прутья, не обращая внимания на то, что они обжигали мне кожу, и уставилась в глаза Мэддана.
— Великий Магистр Савус работает с Балеросом? Врагом Теневых Фейри?
Так вот как Великий Магистр Савус узнал о моей связи с Балеросом. Балерос рассказал ему всё без утайки. Савус всё это время выдавал моё местонахождение, посылая наёмных убийц, которые пытались убить меня во время испытаний. Зачем им понадобилось работать вместе — лидер Теневых Фейри и один из их злейших врагов?
— Почему? — процедила я сквозь зубы. — Почему Савус работает с предателем Теневых Фейри?
Мэддан закрыл рот, и его губы поджались в тонкую линию. Казалось, он понял, что сказал слишком много.
— Я больше ничего не скажу. Ещё увидимся, когда придёт время убить тебя.
Мир ушёл у меня из-под ног. Я не была уверена, как мне спасти Руадана и себя, но я это сделаю. Я не собиралась позволять этим подонкам убить нас.
Мэддан склонил голову набок.
— Ты знаешь, что я всегда мечтал завести себе маленькую пленницу вроде тебя? Мой отец не позволил бы. Он говорит, что безумие — это семейная черта. И, знаешь, так оно и есть. Любимым придворным моего деда был его ручной лев. Он назначил его Министром Празднеств. Обычно он кормил своего льва Уильяма трущобными фейри. Когда я был мальчиком, я ходил смотреть на это. Я хотел, чтобы несколько рабынь из числа трущобных фейри были моими собственными, — он закрыл глаза, и улыбка тронула его губы. — Одежда женщин часто была порвана, буквально превратилась в лохмотья, так что я мог видеть их срамные места.
Я моргнула. Срамные места?
— Теперь ты можешь уйти? Я предпочитаю слышать звук собственного крика в своей голове.
— В твоём коротком платьице я почти вижу твои срамные места.
— О, боги, прекрати.
Но он всё ещё стоял там.
— В конце концов, трущобные фейри восстали и убили моего деда. Мой отец стал королём. У него были самые разные идеи о том, как осчастливить трущобные отбросы, — он снова открыл глаза и подошёл ближе. — Но я хочу одну маленькую трущобную фейри для себя. Только одну, — его щёки порозовели, а глаза остекленели от горячки. — Жаль, что ты скоро умрёшь. Но я всё равно буду помнить, как ты была заперта здесь.
Мои губы изогнулись в улыбке.
— Тогда давай. Открой эту железную дверь. Я здесь, доступная для захвата.
Если бы я только смогла заставить его открыть дверь, он был бы мёртв через несколько мгновений…
Он отступил на шаг в тень.
— Я не настолько глуп. Мне придётся любоваться тобой отсюда.
Я закрыла глаза, чувствуя нарастающее раздражение. Когда я открыла их снова, он исчез.
Глава 27
Без помощи Руадана я больше не могла спать самостоятельно. Я скорчилась у грубой стены в Дворцовой Комнате, пытаясь думать об Эмейне. К сожалению, казалось, что я не способна сама вызвать в себе эти яркие видения.