Глава 28
Когда я проснулась, я почти ничего не видела — только туман вокруг меня и контуры солдат из тумана. Меня окружила небольшая группа, их силуэты окутывал туман.
Даже если я почти ничего не видела, я совершенно точно чувствовала, как железная удавка опаляет мне горло. Так вот где Балерос узнал о железной удавке, которая, по-видимому, была классикой Института. Верёвка привязывала мои запястья к железному столбу, и металл обжигал мне кожу. Мои руки были зажаты между столбом и неровной каменной стеной.
Из моего носа убрали туман, и я снова могла дышать, но он всё равно забивал мне рот. Зазубренный край камня впивался мне в пальцы, практически раздавив их о столб.
По приглушённому звуку капающей воды и тяжёлому, пропитанному плесенью воздуху у меня возникло ощущение, что мы находимся в подземелье, где нет открытых окон.
Я пыталась отговорить Савуса от публичной казни. Вместо этого я подала ему идею убить нас тайно.
— Арианна? — голос Руадана эхом отразился от камней.
Я закричала в проклятый туманный кляп, затем заставила своё сердцебиение замедлиться, пытаясь мыслить ясно.
Осматривая зал вокруг себя, я размяла запястья. Подняв глаза, я увидела очертания комнаты. Высокий, поросший мхом потолок выгибался в тридцати метрах над нами. Окон не было. Казалось, это был огромный подземный зал, а с камня над ним свисали железные орудия пыток. Неподходящее место для смерти принца Эмейна.
Затем свет факелов окрасил туман тёплым светом, и по камню застучали шаги. Мэддан, стоявший между солдатами тумана, подошёл ближе, и на бедре у него висел меч с серебряной рукоятью. Я не сомневалась, что клинок был железным и готовым расправиться с нами. Моё сердце напоминало затравленного зверя.
Меня чуть не стошнило прямо в кляп. Я лихорадочно вращала запястьями взад-вперёд, чтобы ослабить путы. Даже если бы мне удалось высвободить руки — что ж, мне всё равно бы чертовски не повезло, потому что железо удерживало мою шею у столба. Но со свободными руками, возможно, я смогла бы напасть на Мэддана, если бы он подошёл достаточно близко… или потянуть время до тех пор, пока не придумаю что-нибудь получше.
Я поморщилась, теперь передвигая верёвки вверх и вниз по неровному камню. Возможно, я смогу перепилить их.
Мэддан прикусил губу при виде меня, его щёки покраснели. Он провёл кончиками пальцев по серебряной рукояти своего меча, вверх-вниз, вверх-вниз.
Я бросила быстрый взгляд в сторону Руадана. Когда туман сместился, я мельком увидела его. Его руки были привязаны к столбу за спиной, а на шее была железная удавка. Всё это железо вокруг него ослабляло его силы.
Мэддан обнажил меч, и его губы изогнулись в улыбке, когда он посмотрел на меня.
— Я рад, что теперь ты понимаешь правильный порядок вещей, — его взгляд нервно скользнул к Руадану, как будто он боялся, что инкуб вот-вот вырвется на свободу и оторвёт ему голову. — Я никогда не хотел казнить принца, — сказал Мэддан. — Это противоречит всему, во что меня учили верить. Но Великий Магистр Савус сказал, что я должен это сделать. Это единственный способ стать Теневым Фейри. Только так он позволит мне расправиться с трущобными отбросами. Как видишь, у меня нет выбора.
Я снова взглянула на Руадана. В кои-то веки тёмная магия не хлестала вокруг него, так как железо поглотило её всю. Он уставился на Мэддана совершенно чёрными глазами. Он не произносил ни слова, его звериная неподвижность взяла верх. Неужели он так и будет стоять там, совершенно неподвижно, пока железный меч не перережет ему горло?
Улыбка расплылась по лицу Мэддана, когда он, казалось, забыл о присутствии Руадана в комнате. Он подошёл ближе, и у меня мурашки побежали по коже.
За спиной Мэддана вперёд выступила когорта солдат тумана, их доспехи поблёскивали в свете факелов.
Паника начала подкатывать к горлу.
Мэддан облизнул губы.
— Я просто хочу насладиться этим моментом. Милая маленькая трущобная фейри, закованная в железо, — его голос был похож на стон. — Полностью моя. Я ещё долго буду думать об этом.
По жуткой ухмылке на его лице я поняла, что он совсем забыл о Руадане. Я просто сосредоточилась на небольших, но быстрых движениях за моей спиной. Вверх-вниз, вверх-вниз.
Туман закружился по комнате, расстилаясь по полу и обвиваясь вокруг наших тел, растекаясь по грубым контурам каменных стен. Я почти не видела солдат — передо мной был только Мэддан. К счастью, туман скрывал лёгкое подрагивание моих плеч, которое в противном случае могло бы выдать мои попытки перепилить верёвку.