Она обладала живым, деятельным, деспотичным и склонным к авантюризму умом, холодным сердцем и великолепно развитым воображением. Без всякой сердечной склонности она заводила бесчисленные любовные связи – только из любви к интригам, ради тех волнений, которые эти романы сопровождали. Это, как правило, стратегия мужчин, но ум этой искательницы острых ощущений был скорее мужским, чем женским.
Ее муж, вследствие ли своеобразного благоразумия или по рассеянности, ни разу в жизни не показал, что он подозревает жену в любовных похождениях. К тому же она, не отказываясь от любовных интриг, решила придать им больше остроты, соединив их с политическими. Неизвестно, состояла ли она в любовной связи с Робертом Сесилом, или их отношения напоминали встречи литературной «Мата Хари» – миледи и кардинала Ришелье, как их изобразил А. Дюма на страницах своего бессмертного романа… Но они знали друг друга. А очередным любовником леди Милдмэйн стал англичанин Томас Говард-Хьюз, дальний родич знатного заговорщика Томаса Перси и графа Нортумберлендского. Он ввел красавицу-шпионку в круг своих друзей-заговорщиков. В юности Томас Говард-Хьюз был послан учиться во Францию и образование получил не где-нибудь, а в иезуитской семинарии в Реймсе, готовившей проповедников и шпионов для осуществления планов контрреформации в Англии. Возможно, он и сказал бы свое веское слово в Пороховом заговоре, но, к сожалению, имел слишком слабое здоровье для мятежника, и вскоре лихорадка свела его в могилу, хотя, наверное, избавила от эшафота. Но его протеже уже возымела влияние на других «пороховых» заговорщиков.
Самый известный из заговорщиков, Гай Фокс, хотя его именем и назван заговор, был, в сущности, простым исполнителем. Единственный сын адвоката церковного суда в Йорке, ревностный католик, Фокс пошел служить в армию в полк Уильяма Стенли и дослужился до офицерского чина. В те времена королевой Англии была Мария Кровавая, старшая сестра Елизаветы I. Мария покровительствовала католикам и была помолвлена с королем католической Испании Филиппом II. Поэтому английские войска, в их числе и полк Фокса, участвовали в подавлении протестантской революции в Нидерландах. Фокс преклонялся перед всем испанским и даже изменил свое английское имя Гай на испанское Гвидо. Солдат, решительный и послушный указаниям священников, Фокс представлял идеальное орудие для организаторов католического заговора.
Предыстория. Заговор Уолтера Рейли
Пороховой заговор был самым громким делом в царствование Якова I, но не единственным. Надо сказать, что Яков I породил прямо-таки вереницу заговоров. Еще до знаменитого Порохового заговора против него был задуман еще один, во главе которого, возможно, стоял знаменитый государственный деятель елизаветинской эпохи путешественник и писатель Уолтер Рейли (1552–1618). Впрочем, существует и альтернативная гипотеза, которая гласит, что Рейли только приписали участие в этих заговорах.
Заговор был задуман с целью возведения на престол с помощью испанского золота родственницы Якова – Арабеллы Стюарт (ее считали более благоволившей к католикам).
Надо сказать, что вторая половина XVI века в истории Англии ознаменовалась «женским правлением». С приходом к власти в 1603 году династии Стюартов ситуация переменилась. Мужчины вновь монополизировали сферу властных отношений. Даже при дворе женщины заметно потеряли вес. Говоря о правлении Якова I, мы не можем назвать ни одного имени более-менее влиятельной фаворитки. Что касается королевы Анны, то, будучи, по всей видимости, женщиной весьма неглупой и достаточно властной, она, в силу прохладных отношений с супругом, не могла играть заметную роль в государственной жизни. На этом фоне как исключение выделяется неординарная фигура первой кузины короля, леди Арабеллы Стюарт. Она была загадочной женщиной. Уже само происхождение Арабеллы Стюарт предвещало неординарную судьбу. Она была единственным ребенком шотландского аристократа Чарлза Стюарта, графа Леннокса, и леди Елизаветы Кавендиш. Отец Арабеллы был правнуком английского короля Генриха VII Тюдора, и его дочь унаследовала таким образом права на английский престол. Поскольку у королевы Англии Елизаветы I не было детей, корона должна была перейти к кому-нибудь из потомков двух дочерей Генриха VII от Елизаветы Йоркской – старшей Маргариты или младшей Марии. Арабелла имела статус второй претендентки по линии наследования английского престола после своего первого кузена Якова VI Шотландского, сына старшего брата ее отца, лорда Дарнли, и королевы Марии Стюарт. Из всего потомства Маргариты Тюдор к началу XVII века осталось лишь двое: король Шотландии Яков VI и Арабелла Стюарт. Хотя по завещанию Генриха VIII, в том случае, если его дети умрут, не оставив потомства, линия наследников его младшей сестры Марии объявлялась выше линии старшей, Маргариты, Елизавета I всегда рассматривала именно Якова VI и Арабеллу как претендентов номер один на свой престол.