Фокс храбрился, но 9 ноября его подвергли более жестокой пытке, и он назвал имена своих сообщников и раскрыл все детали заговора. Он сказал, что заговор носил религиозный характер, описал подробно, как подводилась мина; затем он сделал более важные признания – назвал имена и адреса. 10 ноября он собственноручно подписал текст признательного заявления. Этот документ с неразборчивой и неровной (из-за применения пыток) подписью Гая Фокса сейчас хранится в Национальном архиве Великобритании.
Начались аресты, постепенно прояснявшие картину заговора. Показательный судебный процесс над группой заговорщиков прошел в Вестминстерском зале здания парламента 27 января 1606 года. Все они были признаны виновными в государственной измене. Казнь подсудимых состоялась 30 и 31 января 1606 года в центре Лондона. Заговорщиков повесили, а затем четвертовали (по свидетельствам современников, их еще и кастрировали). После этого головы и части тел заговорщиков демонстрировали жителям разных районов столицы.
Итак, многое свидетельствует в пользу того, что идея Порохового заговора возникла в голове Роберта Кейтсби. Но не была ли она ему подсказана? Слишком влиятельные люди были заинтересованы в такой версии заговора, и уже поэтому она вызывает сомнения. Весь Пороховой заговор просто пронизан какими-то необъяснимыми совпадениями, многое остается непонятным до сих пор. Возникает вопрос: а существовал ли вообще знаменитый подкоп под парламент, который вели конспираторы из Винегр-хауза? Е. Черняк пишет: «По версии, исходившей от правительства, оно получило сведения о нем только из уст арестованных заговорщиков, намного позже ознакомления с письмом Монтигла и начатых розысков. Правдоподобно ли, чтобы во время этих розысков не был бы обнаружен далеко продвинутый подкоп из близлежащего дома, который принадлежал заведомому участнику Порохового заговора Томасу Перси? Не была ли вызвана правительственная версия необходимостью уверять, что следы проделанной работы были тщательно уничтожены заговорщиками, и тем самым создать приемлемое объяснение того факта, что никто не видел самого подкопа?» («Тайны Англии»)
Но это еще не все. Наверное, все видели, как роют ямы, какая груда земли оказывается на поверхности, когда выкапывают даже не очень глубокое отверстие в земле. Куда же девался грунт, вырытый во время подкопа под парламент? Неужели такое количество земли можно было разбросать в прилегающем к дому садике небольших размеров? Садик был бы засыпан по самые верхушки деревьев. И все это, не возбуждая любопытства соседей и прохожих, на столь многолюдном месте, как площадь перед парламентом! Ведь совсем рядом находились другие дома парламентских служащих, которые вели активную жизнь, ходили на службу, у них были семьи и слуги, к ним приходили с визитами знакомые. Мало спасает и довод, выдвинутый С. Гардинером, что землю, вероятно, выбрасывали в протекавшую неподалеку Темзу. Но сделать это так, чтобы не было свидетелей, тоже непросто. Рано или поздно этим могли бы заинтересоваться любопытные, возникли бы вопросы. А насколько известно, вопросов не было, как и любопытных.
Еще более таинственным в истории Порохового заговора является вопрос о самом порохе. Нам не известно, смогли бы Кейтсби и Фокс со товарищи взорвать здание парламента, даже если бы они не были преданы? Согласно некоторым источникам, срок годности приобретенного ими пороха давно прошел, и он вряд ли мог быть использован.
И вообще, как саркастически писал один из отцов-иезуитов, чьи слова приводит Е. Черняк в «Тайнах Англии», «сразу же после обнаружения пороха правительством обнаруженный порох исчезает из истории». При расследовании заговора тщательно изучались всякие, иногда совсем ничтожные мелочи, а такой важнейший вопрос остался (вряд ли случайно) в тени. Для взрыва требовалось много пороха, и заговорщики были обеспечены им в полном объеме. Но, продолжает приводить факты Е. Черняк, «с 1601 года порох был государственной монополией и хранился под строгим контролем в Тауэре. Расходованием пороха ведали близкий друг Сесила граф Девоншир, а также его заместители Кэрью и Брукнер. Когда впоследствии возникла нужда в связи с финансовыми расчетами проверить расход пороха, это было разрешено сделать за годы с 1578-го по 1604-й. Иначе говоря, расследование было оборвано как раз на времени Порохового заговора. Бумаги о расходе пороха за этот год позднее оказались и вовсе затеряны».
Еще один противоречивый факт. И снова обратимся к книге Е.Черняка, который пишет: «В первых правительственных отчетах упоминалось о внутренней двери, ключ от которой находился в руках правительства и через которую можно было проникнуть в подвал, где лежал порох. Именно через эту дверь, согласно первому отчету, сэр Томас Нивет «случайно» зашел в подвал и там встретил Фокса. В последующем отчете дверь исчезла – она мало согласовывалась с утверждением, что правительство еще ничего не знало о заговоре. Взамен появился визит лорда-камергера. В результате противоречащих друг другу известий сообщалось, что Фокса арестовали в подвале, или на улице около подвала, или даже в его собственной квартире».