На несколько секунд отвлекшись на незнакомца, Дориан снова склонился над недвижным телом. Лицо Лоретты оставалось бледным, однако это была не мертвенная бледность. Девушка дышала, хотя и находилась без сознания. Белая лошадь, дрожа, стояла поблизости. Незнакомец окинул взглядом «поле боя» и кивнул, оценив обстановку.
Дориан стоял на коленях рядом с Лореттой, поддерживая ее, тщетно пытаясь растормошить. Не утруждая себя соблюдением этикета – можно будет представиться друг другу позже, – святой отец тоже опустился подле девушки, удостоверился, что она дышит, и лишь потом поднял глаза на шевалье. В них откровенно читалось бешенство. Несколько секунд мужчины красноречиво смотрели друг на друга.
– Сударь, я буду пожизненно вам благодарен, если… – наконец начал Дориан.
– Приберегите свою благодарность для кого-нибудь другого! – рявкнул незнакомец. – Женщина могла погибнуть, вы не уследили за нею! Ошеломляющая небрежность! Что вы за кавалер? Я наблюдал за вами издали, видел, как лошадь понесла. Куда вы глядели?
– Не вам судить меня! – огрызнулся Дориан, не намеревавшийся выслушивать обвинения – даже от святого отца. Тем более что вблизи незнакомец показался ему престарелым мальчишкой: худой, нездорового вида – или это от быстрой скачки и волнения он такой бледный? Вообще-то людям его возраста не стоит ездить верхом, да еще галопом. В глубине души Дориан понимал, что упрек незнакомца справедлив, тем не менее на чувство вины не оставалось времени.
– Ах, не мне! – передразнил его спаситель. – В самом деле, куда уж мне!
– Если вы не заприметили, сударь, именно я вытащил свою даму из реки, – процедил Дориан.
Было невыносимо смотреть на серые губы Лоретты. Де Бланко поднялся и, несмотря на резкую боль в плече, взял девушку на руки.
– Нет времени дискутировать. Нужно отвезти ее куда-нибудь… Здесь, кажется, поблизости есть аббатство… святой отец?
Священник встал, ухмыльнувшись, и расправил складки роскошной бархатной сутаны.
– Отец Анри де Виллуан, к вашим услугам, – церемонно склонил он голову. – Вы правы, нужно незамедлительно добраться до аббатства, здесь чертовски несподручно приводить в чувство вашу даму. Она может замерзнуть, подхватить инфлюэнцу…
– Виконт Дориан де Бланко, – в свою очередь, представился Дориан. Лоретта была очень тяжелой, с одежды ее бежали потоки мутной студеной воды. Да уж, инфлюэнца вполне может приключиться.
– А эта дама?.. – кивнул на нее священник.
Дориан ответил нехотя:
– Мадемуазель Лоретта де Мелиньи.
Тонкие брови отца Анри изумленно изогнулись.
– Лоретта де Мелиньи? Внучка старого графа де Мелиньи? Как же, наслышан. Одна? Без охраны, без сопровождающих? – Вопросы сыпались из него, словно горох из прохудившегося мешка.
– Я ее охрана, – процедил Дориан. – А заодно и кавалер, как вы метко соизволили выразиться.
Священник окинул его взглядом, в котором в равной мере смешались издевка и пренебрежение.
– А! – только и сказал он.
Виконт скрипнул зубами. С него тоже струилась вода; в сапогах, которые он чудом ухитрился не потерять в реке, хлюпало, волосы слиплись и висели сосульками. Непрезентабельный вид. Неудивительно, что он смотрится плачевно, и даже старый священник над ним насмехается. Старый-то он старый, а сутана бархатная, воротничок белоснежный, крест усыпан довольно-таки крупными бриллиантами. Ничего, обсудить все можно позже…
Приведя своего коня, священник подошел к Дориану, примеривавшемуся, как бы поудачнее сесть на лошадь и устроить Лоретту перед собой. Доверять девушку старику он не намеревался.
– Садитесь верхом, я подам вам даму, – резко произнес отец Анри. Дориану ничего не оставалось, как последовать рекомендации, спорить не было никакой возможности. Конь возмущенно фыркнул, когда на него водрузили пахнущую тиной ношу в сыром платье. Отец Анри начал разбираться со стременами, а Дориан, пришпорив коня, рысью помчался к аббатству, вырисовывавшемуся у кромки леса. Конь шел ровно, и виконт, зубами стащив перчатки, стянул перчатки и с Лоретты тоже и принялся растирать ей руки, шею, лицо – все-таки его ладони были теплее. Солнце жарило вовсю, однако кожа девушки оставалась холодной.
Позади раздался дробный топот, их догонял священник, ведя в поводу лошадку мадемуазель де Мелиньи. Стены аббатства близились, вот и ворота – и действительно, ехать недалеко. Лошади влетели на монастырский двор. Несколько монахов, занимавшихся своими делами, с изумлением глянули на странную процессию и заторопились на помощь. Но Дориан не собирался вверять кому-либо Лоретту: спешившись, он снова взял ее на руки. Отец Анри, оставив лошадей на попечение монахов, скривил губы в саркастической полуулыбке, выглядевшей страшновато на его бескровном лице.