К тому времени как Элдвин, Скайлар и Гилберт вышли на берег замерзшего озера, снег прекратился.
– О, здоро-о-овая! – прорычал чей-то голос.
Огромный пещерный тролль сидел на середине озера рядом с прорубью, которую, видимо, сам и выдолбил. Он держал в лапах чуть не полуметровую рыбину и был чрезвычайно доволен собой.
– А этот тролль вроде с виду не злой, – с надеждой квакнул Гилберт.
Чудище с каменисто-серой кожей откусило рыбине голову и звучно зачавкало.
– Хотя с манерами у него не очень, – добавил лягух.
– Кто бы говорил про манеры-то, – ухмыльнулся Элдвин.
– Странно, что Алхимик подпустил тролля так близко к дому, – задумчиво произнесла Скайлар.
– Если, конечно, это вообще тролль, а не иллюзия какая-нибудь, – сказал Элдвин.
Тролль с аппетитом заглотил остатки рыбы, заодно укусив себя за толстый коротенький палец. Чудище издало сердитый рык и в гневе грохнуло кулаком по льду. По озеру разбежались трещины, а Гилберта сбило с лап.
– Нет, точно не иллюзия, – заключил лягух, пытаясь подняться и оскальзываясь.
Тролль сграбастал еще пригоршню рыбы из проруби и двинулся прочь размашистым грузным шагом. Великан ростом два с лишком метра протопал прямо рядом с фамильярами. Зоркостью он определенно не отличался. Или просто пойманная добыча была ему интереснее непойманной.
Элдвин, Скайлар и Гилберт поспешили через озеро. И снова все прошло на удивление легко. В прошлый раз троице пришлось пробираться подо льдом, потому что путь по льду преграждала невидимая стена, которую было ни обойти, ни перелезть. А теперь стены не было. Может, Алхимик подобрел с годами. Или просто узнал гостей и решил пропустить их.
Троица миновала то место, где стояла хижина-иллюзия, обогнула груду валунов и очутилась у входа в настоящую хижину. Вот оно, небольшое крылечко; с заснеженной крыши, как и прежде, свисают сосульки. Все как в прошлый раз.
Они постучались, потом еще и еще. Никто не отвечал.
– Добрый день! – крикнул Элдвин. – Это Скайлар, Гилберт и Элдвин!
Подождав еще чуть-чуть, Элдвин толкнул дверь. Трое из Пророчества вошли внутрь.
– Кто-нибудь дома? – спросила Скайлар.
Они вошли в гостиную, служившую также и кухней. Поленья в очаге прогорели, осталась только зола. Каша в горшке остыла, к ней так никто и не притронулся.
– Эдан! – позвал Гилберт.
И верно, где-то ведь должен быть фамильяр Алхимика, черепаха – останавливатель времени.
Ответом на зов Гилберта была гнетущая тишина.
Фамильяры прошли по коридору и заглянули в ту комнату, где впервые увидели Алхимика. Как и тогда, на книжных полках ничего не было, но теперь пустовало и кресло-качалка. Исчезла даже та единственная книга, которую в прошлый раз читал Алхимик.
Элдвин, Скайлар и Гилберт, как по команде, кинулись в последнюю комнату. Вся алхимическая лаборатория была разгромлена. Аптечный шкаф, опрокинутый, лежал на полу. Крошечные ящички валялись повсюду вперемешку с осколками пробирок и колб. Сквозь разбитое окно влетали порывы ветра. Ясно было, что ни Горного Алхимика, ни Эдана тут нет.
– Очевидно, кто-то что-то искал, – сказала Скайлар.
– Только вот что именно? – спросил Элдвин.
– Ребята, глядите!
Гилберт тыкал пальцем в царапины на деревянных половицах. Как будто кого-то волокли по полу прочь из комнаты. Троица последовала за следами по коридору к задней двери. Снаружи возле хижины они наткнулись на высокий снежный холм, увенчанный сияющим камнем. Элдвину не хотелось даже думать, что это такое. Но тут думай не думай, и так ясно: перед ними могила. Кто-то погребен здесь, и, скорее всего, это Горный Алхимик.
– Сначала Лоранелла, а теперь вот он, – пробормотал Элдвин. – Почему-то мне кажется, что это не совпадение.
– Мы ведь не знаем, он ли там похоронен, – неуверенно произнесла Скайлар.
Скрепя сердце Элдвин сосредоточился и силой мысли разметал снег. Показалось обледенелое лицо Алхимика. Борясь с тошнотой, Элдвин быстро закидал могилу снегом.
– И что нам теперь делать? – спросил он.
Гилберт так и не смог заставить себя приблизиться к могиле. Он отвел взгляд от мертвого лица и обнаружил еще кое-что.
– Ой, смотрите-ка, похоже на следы Эдана! – воскликнул лягух.
Элдвин и Скайлар подошли поближе. И правда, от самой могилы тянулась дорожка следов. Снег уже припорошил их, но все равно было видно, что это отпечатки черепашьих лап.