Скайлар тем временем добралась до дневников Кальстаффа и уже распахивала том за томом в поисках пометки «Заклинания Сомнибуса Недреманного». Элдвин с Гилбертом поспешили на помощь. Правда, Гилбертовы собачьи лапы по большей части неуклюже мяли страницы, едва не вырывая их вовсе.
– Гилберт, давай ты лучше покараулишь вход, – предложила Скайлар.
Лягух-пес разинул пасть, чтобы ответить, но вместо этого пустил слюну.
Элдвин силой мысли снял стопку дневников с высокой полки и сложил на полу. И принялся проверять каждый в поисках рецепта снадобья, которое сумеет остановить яд, влекущий королеву к смерти.
Прошла пара минут (хотя Элдвину показалось, что миновали часы), и кот увидел нужные слова.
– Нашел! – радостно мяукнул он. – Заклинания Сомнибуса Недреманного!
Скайлар стрелой метнулась к находке.
– Так, тут должен быть указатель, – деловито забормотала сойка, листая последние страницы. – Вот, нашла – пожирающие яды: противоядия, страница двести шестьдесят два.
Кончиками крыльев сойка пролистывала сразу помногу. Страница 516… 434… 357… 252… ой, промахнула. Ну скорее же, а то с ума сойти можно… Скайлар стала листать помедленнее: 260… 263.
Стоп. Как это так? Элдвин ничего не понимал. Скайлар снова листала. Вот оно, то самое место. Только вместо нужной страницы рваные бумажные края. Сомневаться не приходилось. Страницы 262 не было.
Получается, кто-то вырвал из дневника страницу с заклинанием.
12
Еще один способ
– Ее нет, – хрипло проговорил Элдвин.
– Сама вижу, – отозвалась Скайлар.
Гилберт заунывно заскулил.
– Кто бы это ни был, он нас опять обставил, – заключил Элдвин. – А другого способа вернуть Лоранеллу из Странствия мы не знаем.
– Больше рецепт нигде не записан, – рассуждала Скайлар. – Из ныне живущих один-единственный человек знает его наизусть. И этот человек – жертва яда.
– А помните, я вам рассказывал про эти свои сны, – задумчиво отозвался Элдвин. – Те, что с королевой. Я все думаю: а вдруг она хотела передать мне что-то важное? Но я так и не понял, что именно.
Внезапно Гилберт залаял и подбежал к друзьям, виляя хвостом.
– Что, Гилберт? – спросила Скайлар.
Лягух-пес попытался заговорить, но у него снова ничего не вышло. Раздосадованный, он принялся что-то изображать: улегся на пол и притворно захрапел.
– Гилберт, мы все устали, – терпеливо произнесла Скайлар. – Но сейчас не время спать.
Гилберт замотал головой. Он подошел к коврику на полу и отчаянно заскреб его.
– Ничего не понимаю, – нахмурился Элдвин. – Ты, что ли, выкапываешь что-то?
Гилберт шлепнул себя лапой по лбу и сдался.
– Вот бы разбудить Лоранеллу на минуту… Или сделать так, чтобы она заговорила во сне, – продолжал Элдвин. – Ну хоть что-нибудь придумать, чтобы она сама нам все рассказала.
Скайлар радостно хлопнула крыльями:
– Вот именно! Я думаю, есть способ заставить ее поговорить с нами во сне. В Краю Грез! Мы же можем взять здесь ковры грез и отправиться к королеве!
– Скайлар, ты гений! – воскликнул Элдвин.
Гилберт таращил безумные глаза то на Элдвина, то на Скайлар, то на коврик, который только что скреб. А потом лягух-пес улегся и захрапел, повторяя недавний спектакль.
– Гилберт, да ради всего святого, – досадливо чирикнула Скайлар. – Если ты так уж утомился, приляг на минутку. Зачем балаган-то из этого устраивать?
Гилберт уронил голову на лапы.
– А думаешь, сработает? – спросил Элдвин у сойки.
– Сработать-то, наверное, сработает, но нам придется нелегко. Если честно, я невеликий знаток Края Грез. Одно могу сказать наверняка: это место опаснее любого другого, где мне доводилось бывать. – Сойка и кот обменялись решительными взглядами. – Мы добудем ковер грез и разузнаем, как им пользуются.
– А как мы разузнаем? – осведомился Элдвин.
– В библиотеке должен быть какой-нибудь учебник или инструкция. Правда, времени копаться в книгах у нас не то чтобы много…
– У меня есть другой план, – заявил Элдвин. – Только тебе он не понравится.
– Мне вообще в последнее время мало что нравится, – проворчала сойка.
Троица, осмотревшись, потихоньку выбралась из-за стеклянной двери. Во весь дух промчавшись через библиотеку, фамильяры вылетели в коридор. Остановились они только возле класса с коврами грез. Теперь перед наставницей сидели лишь пятеро учеников. У некоторых были синяки и ссадины. У одного на лбу красовались свежие следы от когтей, даже кровь еще сочилась. Но вместо того чтобы думать о ранах, и дети, и наставница напряженно смотрели на пустой коврик.