Скайлар удавалось избежать схватки на земле, зато в воздухе ее поджидало целое облако жалящих мух. Такое густое, что от него даже тень падала. Поборовшись, сойка сдалась и порхнула вниз, пока мухи не сожрали ее заживо. Сноводырь крепко стиснула губы, чтобы насекомые не пролезли в рот.
Кругом мужчины, женщины, животные отчаянно метались, ища спасения, но тщетно. Паника нарастала.
– Жуть какая, – поежился Гилберт.
– Так бывает каждую ночь, – сказала сноводырь. – Аппнийцы знают, что лучше после полуночи затаиться в укрытии. А уж сновидцам никуда не деться.
– Но почему так? – квакнул лягух.
– Кто знает? – пожала плечами сноводырь. – Говорят, ночные кошмары питаются нашими дневными страхами, что оживают во время сна.
Продираясь через толпу насмерть перепуганных сновидцев, Элдвин разглядел впереди остатки разрушенного Резного Камня. С неба хлестал алый дождь; фамильяры и сноводырь промокли до нитки. Добравшись до камня, кот покопался в обломках и в небольшой впадине нащупал свернутый коврик.
– Нашел! – крикнул он товарищам.
Все подбежали к Элдвину. Силой мысли он расстелил ковер грез и уселся на вихрящийся узор. Скайлар и Гилберт хотели было присоединиться к другу, однако внезапно сноводырь выхватила нож – тот самый, из замка Акдагаза, – и приставила к Гилбертову горлу.
– Мне жаль, что приходится так поступать, – проговорила женщина. – Но если я хочу отправиться в ваш мир, кто-то из вас должен занять мое место.
– Так вот почему ты так пеклась о нас, – покачал головой Элдвин.
– Я все думала, может, удастся обойтись без этого, – ответила сноводырь. – Так или иначе, а я не могу больше жить здесь. Не хочу, чтобы мир вокруг меня все время менялся.
Ее налитые кровью глаза смотрели не разгневанно, а скорее печально.
– Но силой тут делу не поможешь, – попыталась уговорить ее Скайлар. – Мы придумаем способ, как вызволить тебя отсюда. Опусти нож.
Рука сноводыря чуть дрогнула, но выпускать оружие женщина и не думала. Тогда Элдвин силой мысли подкинул вверх обломок Резного Камня и припечатал сноводыря по затылку. Ноги женщины подкосились, и она рухнула в грязь без чувств.
– Идемте, – позвал Элдвин. – Пора выбираться отсюда.
Вся троица улеглась на ковер и закрыла глаза. Элдвин почувствовал, как его затягивает в клейкую жидкость. Кое-как он выгреб на поверхность и обнаружил, что у него под лапами другой ковер грез. И что он стоит посреди небольшой комнатки. Скайлар с Гилбертом выбрались следом.
Едва переведя дух, Элдвин подскочил к ближайшему окну. Телекинезом он распахнул ставни и высунулся наружу. Мостовая внизу поблескивала золотом и серебром.
С возвращением в Бронзхэвен.
17
«Кипящий кубок»
– Осталось еще тридцать, – объявила Скайлар.
Сойка восседала на столе в заброшенном домишке. Вокруг пергамента с рецептом противоядия она разложила ингредиенты, добытые в недрах кожаной сумочки, – чуть больше десятка.
– Вот повезло, что кое-какие редкие ингредиенты я догадалась прихватить в ксилойоне, – рассуждала Скайлар. – А остальные уж придется доставать в аптеке.
– Но почему бы нам просто не пойти к Галатее? – недоуменно проквакал Гилберт. – Мы бы ей рассказали обо всех своих открытиях, а вороны и дворцовые целители сами приготовили бы снадобье.
– До Галатеи еще добраться надо, – возразил Элдвин. – А ну как нас поймают и снова упекут в темницу? Нет уж, рисковать нельзя.
Кот и лягух обернулись к Скайлар в поисках решающего голоса.
– Извини, Гилберт, – вздохнула она. – Но мы уже пытались довериться нашим товарищам – и что из этого вышло? Нет, теперь надежда только на нас самих.
– Ну вот, опять двое против одного, – проворчал лягух.
– Здесь неподалеку есть аптека, – продолжала Скайлар. – Чародейка Эдна пополняет там запасы полыни. Она говорила, по эту сторону Эбса товара свежее не найти.
– Но мы все еще в розыске, – напомнил Гилберт. – Вся Огромия нас ищет.
– Дождемся первых лучей солнца, – предложил Элдвин. – Скайлар сотворит иллюзию, а мы под ее прикрытием проникнем в аптеку и возьмем там все, что нужно. А когда спасем королеву, мы снова станем героями и нам всё простят.
Скайлар собрала со стола ингредиенты и пергамент. Фамильяры смежили веки в ожидании рассвета. Прошло несколько часов, и первые солнечные лучи начали проникать сквозь ставни. Значит, настало время отправляться на охоту. Троица осторожно вышла на задворки.