Повсюду были королевские стражники с мечами и палочками на изготовку. Некоторые держали в руках линзы-разоблачители, чтобы не дать беглым фамильярам удрать под прикрытием иллюзии.
– Боюсь, иллюзии нам тут не помогут, – вздохнула сойка.
Откуда-то из хвоста процессии послышались крики:
– Погодите! Стойте! Наш подарок возьмите!
Элдвин обернулся на голоса. Еще трое скорбящих нагоняли повозку, волоча преогромную корзину с цветами. Вот-вот они пробегут мимо фамильяров – нужно не прозевать момент.
– Ну что, покатаемся? – мяукнул Элдвин.
Трое с корзиной уже поравнялись с фамильярами. Пора! Элдвин одним прыжком очутился внутри целой горы цветов. Гилберт скакнул следом, Скайлар незаметно подлетела к ним – и Трое из Пророчества угнездились в большущей корзине. Элдвин весь исцарапался о шипы и колючие жесткие листья. Насколько он мог видеть через цветочные стебли, скорбящие думали лишь о том, как пристроить груз на повозку, и даже не заметили, что их корзина потяжелела.
Фамильяров мотало и подкидывало в корзине, пока ее тащили к повозке. Элдвин чуточку высунул нос – в каком-то полуметре от него прошагал королевский стражник. Протяни он руку – и считай, попались самые опасные преступники королевства. Огромную корзину наконец водрузили на задок повозки, и процессия продолжила свой путь к дворцу.
– Теперь просто сидим и ждем, – прошептал Элдвин.
Статуя на повозке проплывала по Бронзхэвену, заворачивая на разные улицы, чтобы все горожане могли выразить скорбь и почтение. Сначала Элдвину все было хорошо видно сквозь цветы, но на повозку наваливали все новые и новые дары, и вскоре для обзора осталась только узенькая щелочка. Вдоль обочины выстроились мужчины, женщины, дети, животные; они держали в руках перечеркнутые крест-накрест изображения Элдвина, Скайлар и Гилберта. У Элдвина на голове торчали рога; глаза Скайлар полыхали огнем, а во рту у Гилберта красовались клыки.
– Для них мы самые распоследние злодеи, – горестно чирикнула Скайлар. – И это после всего, что мы совершили!
– Гонимые и презренные, – подхватил Гилберт. – Будто мы еще хуже Паксахары. Так обидно, что никто ни о чем не догадывается!
Элдвин посмотрел на Гилберта, потом на Скайлар.
– Про гонимых и презренных мне известно не понаслышке, – медленно заговорил кот. – Сначала я для всех был пустым местом, просто уличным котом. Потом я сделался фамильяром, а потом и вовсе героем Огромии. А теперь для всех я еще хуже, чем был в самом начале. Но я-то знаю, что я все тот же самый кот. И вы те же самые: гениальная сойка и преданный лягух. Вы такими всегда были и будете.
И глаза у Скайлар с Гилбертом просветлели.
Шествие тем временем достигло дворцовых ворот, и шеренга стражников расступилась, пропуская его. Повозка прогрохотала по булыжнику во внутренний двор.
– Оставьте повозку здесь! – приказал один из стражников. – Мы ничего не пропустим в королевские покои, пока не проверим все на заклятия, яды и чары.
Элдвин слышал, как повозку распрягли и лошадей вывели со двора.
– По-моему, пора делать лапы, – пробормотал Элдвин.
– Гилберт, а где снадобье? – вдруг спросила Скайлар.
– А разве не у тебя? – невинно осведомился лягух.
Элдвин в панике заозирался. У Скайлар вздыбились перья. Казалось, кот и сойка сейчас заорут хором и разнесут все вокруг.
– Да пошутил я. – Гилберт выудил бутылку из-под груды цветов.
Скайлар шутка явно не пришлась по вкусу, да и Элдвину тоже. Лягух расплылся в конфузливой улыбке:
– Ой, кажется, неудачный момент для розыгрыша, да?
18
Томпсон Уорден
Убедившись, что двор опустел, а единственный стражник стоит у дальней стены, Элдвин, Скайлар и Гилберт вылезли из цветочного укрытия. Они потихоньку пробрались среди подарков, соскочили с повозки и метнулись прямиком к открытой двери во дворец.
На главной лестнице, ведущей в королевские покои, их мигом схватят – это яснее ясного. Поэтому троица побежала к черному ходу, которым пользовались слуги.
– Ну, пока что все по плану, – произнес Элдвин. – Теперь дело за малым: как-то проскочить в спальню королевы.
Фамильяры осторожно ступали по узким ступенькам и заглядывали за каждый угол, проверяя, не поджидают ли их там стражники. Вот уже и конец лестницы, и через зал видна дверь королевских покоев. Скайлар подняла было крыло, чтобы сотворить иллюзию.