- Пейте чай, а то скоро совсем стемнеет, - сказала она.
Николай Николаевич взял кружку и, обжигаясь, сделал глоток. Потом показал рукой на красный закат и восторженно произнёс:
- Посмотрите, какая красота! Какой чудный пейзаж!
С высоты берега открывался вид на море, над которым опускалось за горизонт багровое солнце. Ветер стал усиливаться, подгоняя к берегу пенящиеся гребни волн. Солнце окрасило море у самого горизонта в красный цвет, и оттуда, тянулась к берегу по волнам яркая оранжевая дорожка.
2. Инспектор-учитель – это директор.
Глава 2 Воспоминания предыдущей жизни
На вокзал в город Симферополь, Сержпинские приехали вовремя. Перед отходом поезда, они купили билеты в вагон первого класса, и, заняв места в отдельном уютном купе, смотрели в окно. По перрону ходили люди с вещами в руках, многие прощались с провожающими. Среди гражданских лиц было много военных, это напоминало, что где-то идёт война. Однако, южное солнце и, ехавшие на морской курорт отдыхающие, отвлекали от мыслей о войне.
И вот паровоз дал гудок, и вагон резко дёрнулся, со скрипом поехал вперёд, постепенно набирая скорость. Мимо проплывали городские здания, затем, за городом начались сельские пейзажи. Глядя в окно, Николай Николаевич, воодушевлённый приливом сил, понимая, что болезнь отступила, мечтал о своей будущей карьере художника. По рассказам отца, он знал, что все предыдущие предки (пять поколений Сержпинских) были художниками-любителями. Они в свободное от работы время писали картины, получалось не хуже, чем у профессионалов. Николай Николаевич с юных лет, по примеру отца, тоже увлекался рисованием и живописью. Отец убеждал сына, что художники не все хорошо зарабатывают, и надо иметь настоящую профессию, чтобы зарабатывать себе на жизнь. По совету отца Николай поступил учиться не в художественную академию, а в техническое училище в городе Череповце. По окончанию училища он получил специальность инженера по ремонту и проектированию паровых двигателей.
После училища он устроился на работу в Московский паровозостроительный завод. В Москве, после работы, он стал ходить на подготовительные курсы в художественное училище «Живописи, ваяния и зодчества», чтобы в дальнейшем поступить туда, учиться. Он решил, вопреки наказам отца, стать художником.
Художественное училище в г. Тотьме.
Однажды, в художественное училище, зашёл великий князь Константин, дядя Николая второго. Он был большим ценителем искусства, опекал поэтов, писателей и художников, сам писал хорошие стихи, неплохо рисовал. В тот момент на вечерних курсах занимался и Николай Сержпинский. Увидев натюрморт, написанный им, Князь Константин воскликнул: «Это писал большой художник!» Познакомившись с автором натюрморта, он посоветовал: «Зачем тебе, Николай, учиться, ты и так можешь писать картины, и даже обучать других. Сейчас требуется в Петрозаводское ремесленное училище преподаватель по рисованию и технологии. Я дам тебе туда направление и будешь получать хорошую зарплату». Так, Николай стал жить и работать в Петрозаводске. После смерти матери, из Вытегры, в Петрозаводск переехал жить и отец Николая с младшими братьями, Костей и Сашей.
Семейная жизнь Николая тоже началась в Петрозаводске. Здесь отец познакомил его с очаровательной девушкой, дочерью коллежского асессора, Евпраксией Павловной Альбитской. Она была очень образованной невестой: как и её три сестры, знала в совершенстве четыре иностранных языка: французский, немецкий, польский и итальянский, в летние каникулы ездила с отцом и сёстрами за границу. Свадьба у Николая и Евпраксии состоялась в июле 1899 года, в Петрозаводске.
В марте 1902 года, из министерства образования Николаю Сержпинскому пришло в Петрозаводск письмо, с предложением переехать в город Тотьму для работы в художественной ремесленной школе инспектором-учителем. Посоветовавшись с женой, он согласился.
Город Тотьма располагался в самом дальнем углу Вологодской губернии и был окружён непроходимыми лесами на десятки километров вокруг. Дорог туда не было, связь с внешним миром осуществлялась лишь по реке Сухоне. Зимой, когда река замерзала, транспортное сообщение прекращалось, или ездили по льду на лошадях, если снегу было не много.