— Внимательно вас слушаю, Савва Пантелеевич, — изобразил я на лице уважительное внимание.
— Дело у меня такое, щекотливое, я бы сказал, а тут вы — одним махом всех убивахом. Вот я и подумал, не обратиться ли к вам в случае необходимости.
— Загадками глаголете, господин урядник. Вы уж определитесь, или мы по делу будем говорить, или совсем никак. Нет у меня времени и желания загадки разгадывать.
— Банда в моём уезде обосновалась, — аж прижмурился урядник, как перед прыжком в прорубь, шумно выдохнув, — Я про неё знаю. И они знают, что я про них знаю. Из подчинённых у меня лишь три казака, и те ветераны, не раз раненые. Можно сказать, инвалиды, но ещё бодрые. А если из Пскова казачью полусотню вызвать, так о ней известно станет раньше, чем она до нас доберётся. И никого мы не найдём. Попрячутся тати. Мне втык и недовольство от начальства, а они, как грабили, так и будут грабить.
— Картина понятна. Я тут при чём?
— Так немного же их, разбойников. Дюжина, не больше. И кто — крестьяне лапотные! Я ещё пару верных людей найду, из опытных. Нас шестеро будет, и вы — маг не из последних. Неужто не поможете порядок в уезде навести? А от меня всё честь по чести — и доля в премии, и представление на награду.
— Вы уже знаете, где их найти?
— Пока нет, но через несколько дней буду знать точно.
— Вот тогда и поговорим. И вы про татей побольше узнаете, и я поразмыслю, как бы нам в пудру не пукнуть, уж простите за выражение.
— Да что уж там…– почесал урядник висок, — Про пудру оно может и не совсем верно, но чем чёрт не шутит.
— Вот и договорились. Как только доподлинно что узнаете, жду вас с визитом, — с большим удовольствием выпроводил я представителей полиции за ворота усадьбы.
К деду, как он и просил, поехали вшестером. Пётр Абрамович звал всё семейство Пушкиных, значит и бабушку в том числе. Она ведь тоже Пушкина была до замужества. Разместились на двух бричках и покатили — родители с Ольгой на одной, ну а я, Лёвка и бабушка на другой.
Можно было и с родителями, вот только не о чем мне с ними разговаривать, хоть убей. Да и они не очень-то и хотят со мной общаться. Мама себе на уме. Отец тем более. Да ещё постоянно пытается меня жизни учить. Всё в моей жизни не так, как он хочет. И занимаюсь я, видите ли, никому не нужной ерундой. И брата я, понимаете ли, с понтолыку сбиваю, обучая магии. А то, что ему самому первый в жизни перл дали подержать в лёвкином возрасте он скромно забыл
Лев у меня, то ли провидец, то ли колдун. Как в воду глядел, когда предлагал плыть на лодке. Все дело в том, что из-за матери приходилось часто останавливаться. Не знаю, почему именно сегодня её постоянно тошнило. В общем, какие-то три версты ехали чуть ли не час. Я бы быстрее пешком дошёл. Но нельзя. Этикет, мать его.
Неожиданностью для меня стало появление в гостях у деда двух его племянников. Пётр и Павел Исааковичи ездили в Псков, чтобы перезаложить имение в Максакове Боре, где сейчас проживает один из них. Сделав дело, братья решили навестить дядю, повидать кузена, а потом заехать к Марье Алексеевне с её дочерью и семьей. В общем, собрались у Петра Абрамовича представители трёх семейств.
С первой же минуты, мне не понравился внешний вид деда. Вялый какой-то. Вроде и гостей полный дом, как он и хотел, а радости в его глазах не видно. Улучив момент, я подбирая слова. Дабы не обидеть, спросил старика о самочувствии. Думал он с похмелья такой хмурной, а оказалось у него суставы и кости ломит. Артрит, будь он не ладен.
«Вот и деду нужен оздоравливающий артефакт. Почему-то он со своими деньгами и связями не смог его приобрести », — сделал я себе заметку.
Спустя час после того как все уселись за стол и не единожды, и даже не дважды выпили, в гостиной стоял шум и гвалт. Как обычно, каждый старался перекричать другого. В один из моментов надо мной склонился дворовый Петра Абрамовича и на ухо шепнул, что дед желает видеть меня у себя в кабинете.
Я ошибся, решив, что старый хочет со мной поговорить наедине. Помимо него в кабинете находились его сын и оба его племянника. Все четверо сидели у столика, за которым мы с дедом совсем недавно выпивали. На столе вместо алкоголя и закуски была разложена карта Балтийского моря и прилегающих к нему территорий.
— Присаживайся, Саша, — кивнул Пётр Абрамович на свободный стул подле себя. Дождавшись пока я усядусь, дед всех обвёл глазами и спросил, — Дети, что вы знаете о голландском флейте «Фрау Мария»?
Фига себе дед вопрос задал. Если б я не сидел, то упал бы. Я, к примеру, об этом судне многое чего знаю. В прочем, как и о многих других. Интересна мне была в своё время тема кладов на дне морском. Любопытно послушать других и объяснение Петра Абрамовича.