Никто из троих дядек не смог вымолвить ничего путного и вовсе не потому что были пьяные. Как раз таки все трое были на удивление трезвыми. Просто не знали что сказать.
— Осенью семьдесят первого года голландское судно, шедшее из Амстердама в Санкт-Петербург, затонуло берегов Швеции, — ответил за всех я. — На борту, согласно описи находились сахар, цинк, ткани, сыр, одежда и более десятка картин из коллекции голландского промышленника и мецената Геррита Браамкампа. Холсты были куплены с аукциона графом Голициным по велению императрицы Екатерины Второй. Давнишняя история. Теперь даже уже и воды, где утонул корабль не шведские, а финские. То есть наши.
— Дорогие картины-то? — судорожно сглотнув, поинтересовался Павел Исаакович.
— Как тебе сказать, — ухмыльнулся я, — Смотря как считать. Например, стартовая цена триптиха Геритта Доу была четырнадцать тысяч гульденов. Один гульден тогда содержал два с четвертью золотника серебра. Дальше сам считай.
— Ну, наш-то рубль всяко разно потяжелее будет, — видимо гордясь нашей валютой, пригладил свои усы дядя.
Ага. Нынешний серебряный рубль содержит восемнадцать грамм серебра и за него дают четыре рубля ассигнациями. Это я теперь знаю и очень от этого расстраиваюсь.
— Отец, а к чему ты заговорил про корабль, утонувший почти полвека назад? — задал резонный вопрос Вениамин Петрович, — Ведь не для того, чтобы Александр Сергеевич нам уроки истории времён Екатерины Великой преподавал.
— Дело в том, сын, что я хочу достать те картины, о которых только что Саша рассказал, а вы мне в этом помогли, — в очередной раз дед окинул всех нас взором. — Я знаю, где лежит судно.
Хм. Я тоже знаю где «Фрау Мария». Как, впрочем и некоторые другие корабли.
— И что ты с ними хочешь сделать? — спросил Пётр Исаакович, — Попробуешь в России продать? Так ведь сыщут. Деда, Абрама Петровича, в своё время в Томск сослали, а нас всех, думаю, и вовсе в Забайкалье на Нерчинские рудники загонят серебро добывать. Уехать на старости лет за границу, там продать и прятаться от всех?
— Так мы эти картины Александру Первому и отдадим, — заявил старик.
Однако смелый оказывается мужик, Пётр Абрамович. В целом затея, конечно, дерзкая и авантюрная, но если с умом подойти вполне осуществимая.
Итак. Что мы имеем? Флейт «Фрау Мария», как и в моём мире, существовал, и так же, перевозя полотна, затонул. Скорее всего, он и по сей день лежит на дне моря со своим драгоценным грузом, иначе об этом знали бы все.
— Предположим мы найдём корабль, поднимем картины и отдадим их Императору,– дошла и моя очередь задавать вопросы, — Очень даже верю, что он заплатит звонкой монетой. Пусть не именно деньгами, но как-нибудь выкрутится. В конце концов, подарит земли — это тоже вполне себе годный финансовый актив. А тебе, Пётр Абрамович, какая выгода? У тебя разве денег нет? Неурожай и скот падёт? Крестьяне все сбежали?
— Деньги меня в задуманном деле интересуют меньше всего, Саша. Хотя и они лишние не бывают,– ласково улыбнулся мне в ответ старый, — А забота моя такая — титул я хочу у государя-батюшки выпросить.
Ну, дед красавчик. Мне аж захотелось встать и поаплодировать. Вот это по-нашему. Трахать — так королеву, тырить — так миллионы. Слава Богу, выяснились стариковские хотелки.
Три брата-акробата, то есть мои двоюродные дядьки сто процентов согласятся помочь Петру Абрамовичу. От Вениамина еще не так слышно, а вот от обоих Исааковичей звон стоит, словно у них в головах идёт дождь из царских империалов.
А я что? Я ничего. Я за деда. Я, вообще, за любой кипешь, кроме голодовки.
Глава 10
— Пётр Абрамович, а существует хотя бы черновой план того, как мы провернём столь захватывающую операцию? — задал вполне резонный вопрос Павел Исаакович.
Нужно заметить — очень важный вопрос. Я, например, с ходу могу предложить пяток вариантов осуществления дедовой задумки. При этом каждый следующий будет фантастичнее предыдущего. Поэтому мне хотелось бы услышать, что надумал старый.
— Едем в Ревель. Там хорошие люди и отца помнят, и меня хорошо знают. Обещали при надобности парусный баркас мне в аренду дать. В каждом письме ждут, да в гости зовут. Затем вы, — с этими словами дед вытянул палец в сторону Петра и Павла, — ведёте судно к финским берегам. Находим флейт, поднимаем со дна картины и возвращаемся обратно. Это вкратце.
Пипец, вот так всё просто и гениально! Просто обтекаю…