— Кажется, князь Орлов наконец нашёл себе достойную противницу, — прошептала Мария Воронцова, подойдя к Дмитрию, замечая его взгляд, устремлённый на Софью.
Дмитрий оторвался от созерцания и поднял глаза на Марию.
— О чём вы, Мария Петровна? — произнёс он с обычным спокойствием.
— Неужели вы думаете, что никто не заметил вашего интереса к Софье? Вы, как всегда, слишком скрытны, но даже молчание порой красноречиво. Признайтесь, вам нравится, как она общается с людьми? Не каждая девушка способна на такие речи.
— Мне нравится… — Дмитрий задержался на словах, подбирая выражение. — Нравится наблюдать за тем, как кто-то говорит правду, не боясь при этом осуждения. Она особенная.
— Вот именно! — воскликнула Мария, с улыбкой кивая. — И хотя вы всегда держитесь отстранённо, я вижу, что Софья вас не оставляет равнодушным. Но как думаете, каковы её чувства к вам?
Дмитрий опустил глаза, вспоминая её язвительные слова. Её равнодушие, насмешки над его манерами и поведением ранили его. Но чем больше он думал об этом, тем больше его интерес к Софье рос.
— Полагаю, Софья считает меня высокомерным, — ответил он с холодной иронией, скрывая за этим лёгкое раздражение.
Мария усмехнулась, склонив голову набок.
— Возможно, — протянула она. — Но в этом и есть её прелесть. Разве вам не интересна женщина, которая не боится говорить, что думает?
Дмитрий не ответил. Ему не хотелось обсуждать эту тему, особенно с Марией, чьи наблюдения и замечания всегда были слишком точны. Он только ещё раз взглянул на Софью, стоявшую в другом конце зала. Её прямой и независимый взгляд, казалось, не мог вынести ни лести, ни притворства. И это его притягивало. Впервые в жизни он встретил женщину, которую не мог понять до конца. Она была сложной и загадочной. И это пленило его больше, чем он сам хотел бы признать.
В тот вечер Дмитрий отправился домой с тяжёлыми мыслями. Он снова и снова вспоминал её насмешливые взгляды и острые слова, ощущая, как под этим скрывается нечто большее. Ему хотелось понять, что движет ею, что скрывается за её ироничными репликами и отчуждённостью.
***
Вскоре после того злополучного вечера, когда Дмитрий Орлов подслушал разговор Софьи, их пути снова пересеклись на очередном светском вечере в Петербурге. Софья, которая всё ещё считала князя надменным и холодным, по-прежнему смотрела на него с лёгким презрением, не подозревая, что её слова задели его за живое. Но на этот раз в обществе начали происходить вещи, которые заставили её задуматься, хотя бы на мгновение, о том, действительно ли князь Орлов таков, каким она его себе представляла.
Вечер был полон привычного светского шума: дамы в пышных шёлковых платьях, украшенные драгоценностями, грациозно переходили от одного кавалера к другому, танцуя в ритме мазурки или вальса. Мужчины, элегантно одетые в модные сюртуки и фраки, обсуждали последние события в мире политики и новостей из Петербурга. Софья, как всегда, держалась сдержанно, стараясь не попадаться на глаза Дмитрию. Его холодные манеры не раз будоражили её воображение, но она продолжала убеждать себя, что он просто высокомерен и не заслуживает её внимания.
Однако в этот вечер произошло нечто неожиданное. Софья заметила, как Орлов подошёл к молодой девушке, совсем недавно представленную в свете — она была дочерью мелкого чиновника, и её положение в обществе не было таким прочным, как у многих других присутствующих. Несколько дам шептались за её спиной, а некоторые кавалеры даже не предложили ей танец, опасаясь осуждения. Софья случайно подслушала их разговор и почувствовала неприятный осадок. Но когда она увидела, как Дмитрий галантно подошёл к этой девушке и предложил ей руку для танца, всё общество замерло. Это был жест, который казался совершенно неуместным для человека его статуса. Софья не могла скрыть удивления.
Князь Орлов, который всегда казался ей олицетворением ледяного высокомерия, неожиданно оказался рядом с этой невзрачной молодой особой. Они кружились по залу в вальсе, и Дмитрий разговаривал с ней с таким же вниманием и уважением, как если бы перед ним была сама императрица. Все взгляды были устремлены на них, но Софья заметила нечто большее — девушка смеялась, её глаза светились от счастья, а Дмитрий, казалось, был совершенно не смущён этим жестом.