Шаги в коридоре вывели её из размышлений. Дверь приоткрылась, и в комнату вошла горничная с поклоном.
— Барыня, князь Орлов прибыл и просит разрешения поговорить с вами наедине, — произнесла она тихо, опуская глаза в пол, чтобы не встречаться взглядом с хозяйкой.
Софья вздрогнула, не ожидав такого визита, и её сердце на мгновение замерло. Орлов... Здесь? И с каким намерением? Она не могла позволить себе выглядеть взволнованной, хотя внутри всё дрожало. Справившись с эмоциями, она кивнула:
— Пусть подождёт в гостиной. Я сейчас приду.
Горничная поклонилась и поспешила выйти. Софья задержала дыхание на несколько мгновений, перед тем как встать, прошла к зеркалу и осторожно поправила несколько непослушных локонов, выбившихся из прически. Собранные в строгий пучок тёмные волосы подчёркивали её чёткие черты лица, а глаза отражали скрытую тревогу, которую она пыталась заглушить. Она не понимала, зачем Дмитрий пришёл, и тем более не знала, о чём он собирается говорить.
Когда она вошла в гостиную, Дмитрий уже стоял у окна, держа руки за спиной и внимательно глядя вдаль. Его высокий, стройный силуэт выглядел почти статичным, словно он был частью этого места, и лишь небольшой поворот головы, когда Софья вошла, показал, что он заметил её появление. Он оглядел её медленно, изучающе, и на мгновение в его взгляде промелькнуло что-то мягкое, прежде чем он снова принял свой обычный сдержанный вид.
— Князь, вы хотели поговорить? — холодно начала Софья, подходя ближе, но сохраняя безопасное расстояние.
Дмитрий повернулся к ней полностью, его лицо оставалось таким же бесстрастным, но в глазах читалась неуверенность, которую он пытался скрыть.
— Да, мадам, — тихо ответил он. — Прошу прощения за столь неожиданный визит, но... Мне нужно было поговорить с вами.
В его голосе слышалась лёгкая хрипота, и Софья, прислушиваясь к каждому слову, неожиданно почувствовала лёгкое волнение. Однако она не собиралась показывать, что его присутствие оказывает на неё хоть какое-то влияние.
— О чём же таком срочном может быть речь? — спросила она, всё так же холодно, словно хотела напомнить ему о их прежних недоразумениях.
Дмитрий подошёл чуть ближе, но остановился на полпути, будто колеблясь. Он вздохнул, очевидно собираясь с мыслями, прежде чем заговорить снова.
— Я понимаю, что наши прошлые встречи, возможно, оставили у вас неприятные впечатления обо мне, — начал он с серьёзным выражением. — Но... есть кое-что, о чём я давно хотел поговорить с вами, и, возможно, сегодня самый подходящий момент.
Софья приподняла бровь, сдерживая удивление. Она не ожидала такой откровенности от князя Орлова, который всегда казался ей неприступным.
— Прошу вас, князь, не нужно извинений, — холодно проговорила она. — Мы не обязаны понимать друг друга или соглашаться во всём. Вы, конечно, не должны объяснять мне ваши поступки.
Её тон был как лёд, но за этими словами скрывалась неуверенность. Софья сама не знала, почему она говорила так резко. Возможно, потому что боялась открыться. Дмитрий замолчал на мгновение, явно чувствуя её напряжение.
— Вы правы, Софья Андреевна, — наконец проговорил он тихо. — Я не обязан. Но мне... хотелось бы, чтобы вы поняли, что я не тот, за кого вы меня принимаете.
Софья подняла глаза, встретив его взгляд. Что-то в его тоне заставило её насторожиться. Но всё же она оставалась настороженной, боясь, что за этим могут последовать слова, которые её ранят.
— Почему это должно меня волновать, князь? — с лёгкой иронией спросила она.
Дмитрий опустил взгляд на пол, сжав руки за спиной. Его лицо на мгновение потемнело, словно воспоминания прошлого снова накрыли его тенью.
— Бывают вещи, которые хочется оставить в прошлом, — тихо проговорил он. — Но я знаю, что от вас скрывать их невозможно. Вы слишком проницательны. Мне не хотелось, чтобы вы узнали об этом от кого-то другого...
Софья ощутила, как внутри неё что-то замерло. Ей показалось, что за этими словами кроется нечто важное, и от этого становилось не по себе. Но она не позволила себе показать ни капли сочувствия, хотя сердце её сжалось.