— Arrivederci! — крикнул староста. — И помните, человечество никогда не будет счастливо, пока не повесит последнего священника на кишках последнего короля. Когда вернетесь домой, передайте от нашего имени своему престарелому императору, что когда мы покончим с королем Витторио Короткозадым, то он следующий на очереди!
Мы поднимались над полем под птичий гомон в тополях внизу, а крестьяне махали нам на прощание. За прошедшие с тех пор годы я никогда не слышал, чтобы об анархистах упоминали иначе как о волках в человеческом облике — бомбометатели, убийцы, враги человеческого рода. Это были единственные анархисты, с которыми мне довелось встретиться, и должен сказать, они обошлись с нами вполне доброжелательно.
В тот день около трех часов мы приземлились на аэродроме Перджине после обычного полета, следуя вдоль реки Брента до Бассано-дель-Граппы, затем перелетели через холмы и линию фронта, пока не увидели мерцающие вдалеке озера Кальдонаццо. Аэродром Перджине, где базировалась седьмая эскадрилья, был примитивнейшим, как и все другие аэродромы на итальянском фронте в те дни: бугристое травяное поле, окруженное нагромождением деревянных домиков и брезентовых ангаров.
От Капровидзы его отличал опасный заход на посадку вдоль увитой виноградником горы с довольно грубым замком девятнадцатого века, пародией на стиль Ренессанса, на полпути. Из-за нисходящих и восходящих от горы потоков теплого воздуха аэроплан скакал и подпрыгивал, словно резиновый мячик, когда Тотт вел его на посадку.
Вдобавок ко всему, примерно после часа относительно плавного хода снова забарахлил двигатель. Было ясно одно: чтобы пролететь еще километр кружного пути обратно в Капровидзу, нам придется заменить магнето. Лететь над Альпами в октябре — достаточно рискованное предприятие и без борьбы с перебоями в работе двигателя.
Тотт вырулил к стоянке аэропланов перед ангарами (я шел рядом и направлял его, поскольку у него не было переднего обзора). Я решил доложиться командиру Седьмой эскадрильи и отдать аэроплан в их мастерскую, а потом позвонить по телефону в Капровидзу и сообщить, что миссия прошла успешно, но мы доберемся до дома поздно.
Тотт выключил двигатель и неуклюже выбрался из кабины, с красными глазами и измазанным лицом, после четырёх часов в воздухе и трёх или около того, проведённых на грязном поле, пока я возился с контактами. Он потягивался и зевал, а я подошёл к ступенькам канцелярии. Приземляясь, мы выстрелили жёлтой и белой ракетами, как положено, но никто не следил за нашей посадкой. Да и вообще никого не было видно, так что я подумал, не случилась ли здесь вспышка холеры?
Может, союзники выбрали это место для испытания луча смерти или какого-нибудь ужасного нового отравляющего газа, от которого жертвы просто испаряются? Я заглянул в канцелярию. На меня бросил взгляд молодой оберлейтенант в расстёгнутом кителе и со спущенными подтяжками. Он даже не потрудился встать из-за стола.
— Ну, кто там?
Я энергично отдал честь.
— Барон Оттокар фон Прохазка, линиеншиффслейтенант императорского и королевского флота, в настоящее время передан в распоряжение эскадрильи ВВС 19Ф в Капровидзе.
Он недоуменно смотрел на меня. Я продолжил:
— Имею честь доложить, цугфюрер Тотт и я только что приземлились после успешного завершения задания по бомбардировке моста в венецианской лагуне.
Он продолжал недоуменно смотреть на меня и казался совершенно сбитым с толку, как будто я только что объявил ему о своём прибытии из Вальпараисо через Виннипег.
— Тогда что вы здесь делаете?
Я подумал, не имею ли я дело с душевнобольным — возможно, его отправили сюда выздоравливать после острой контузии. Так что я постарался проявить терпение.
— Мы из эскадрильи 19Ф в Капровидзе, только что выполнили бомбардировку Венеции. Здесь мы по пути домой, это к северу от границы, в Доломитовых Альпах.
— Капровидза? Никогда не слышал. Это на восточном фронте?
Я начинал раздражаться всерьёз.
— Когда в последний раз там был — нет. Это неподалёку от города Хайденшафт.
— А где это?
Я начал барабанить пальцами по столу.
— На фронте Изонцо, в секторе Седьмого корпуса Пятой армии. Но вы наверняка должны были нас ожидать — все распоряжения выданы на прошлой неделе, самим Верховным командованием.
— Ничего об этом не слышал, совершенно ничего.
Он покопался в куче разбросанных по столу бумаг, что-то бормоча себе под нос.