— Сержант Рокуэл! — весело окликнул его Факкер. Коренастый мужчина тридцати лет обернулся и, увидев Уильяма, радостно поприветствовал его.
— Какими судьбами Уилли, сколько лет прошло? — они обнялись, и Рокуэл пригласил его к себе за стол. Факкер заметил, что Рокуэлу в жизни везло больше. На нем была дорогая рубашка и туфли, которые стоили не двадцать долларов. Но что он делает здесь, в этой закусочной, подумал Факкер. Немного поговорив, Дональд рассказал, что занимается вербовкой, и остановился для этого в Станфорде.
— Я помогаю ребятам устроить свою жизнь, после службы в Американской армии у них появятся возможности, о которых они и не мечтали.
— Ну, это ты брось, — иронически усмехнулся Факкер, — знаю я эти возможности. Вот уже пять лет я в этой дыре и если бы не сестра, то не знаю как бы жил дальше. Кому мы нужны, ветераны Вьетнама. На нас смотрят как на навоз под ногами.
— Не пыли, Уилл, — тепло улыбнулся Рокуэл, — я ведь был сержантом, а теперь… все изменилось и если ты этого хочешь, я смогу, по старой дружбе помочь тебе.
Факкеру позарез нужна была нормальная работа, в свое время он закончил медицинский колледж и надеялся, что все устроится в его жизни. Однако служба, а потом война во Вьетнаме лишили его призрачных надежд. А Рокуэл сидел перед ним, словно начищенный слиток, так и сиял от сознания собственного превосходства. Уильям даже где-то позавидовал его холеной физиономии и туфлям, которые стоят не одну сотню долларов.
— А что ты делаешь в этой забегаловке, да еще в Станфорде? — второй раз спросил Факкер своего сослуживца.
— Я же тебе говорю, я вербовщик и как раз в таких местах много желающих послужить для своей страны. А потом, Вест-Пойнт, всегда было престижным военным училищем. Морская пехота-это круто, об этом даже не надо ничего говорить, многие мальчишки мечтают об этом. Ну, ладно, у меня сейчас здесь встреча, — Рокуэл заказал еще себе кофе и пончиков, — у меня к тебе деловое предложение, но это мы обсудим в другом месте. Вот адрес, я остановился в мотеле на Литл — брок. У тебя есть время сегодня, а то завтра, я не знаю… может, придется уехать, а у меня хорошее предложение, как к боевому товарищу.
— Я не знаю, сегодня в девять я заступаю на дежурство, — Уильям боялся, что дело пахнет криминалом, слишком уж добр был некогда жестокий и грубый сержант Рокуэл, теперь его было не узнать.
В свое время он «учил его жизни» в Вест-Пойнте, это там во Вьетнаме они сблизились, а до того, Факкер мог поклясться, что никогда не доверит свою жизнь Дональду Рокуэлу.
— Если ты не изменишь свою жизнь, это ни сделает, ни кто, ни сестра, ни я, ни кто-либо. Хотя тебе повезло по сравнению с теми, кто остался в Сайгоне и джунглях, знаешь, сколько остались там и до сих пор гниют в плену и…
— Не надо, Дональд, — прервал его Факкер, — я могу прийти, это же ни к чему меня не обязывает?
— Конечно, о чем разговор, — широко улыбнулся Рокуэл. — Все только на добровольных началах.
После этого разговора, Факкер долго не мог прийти в себя. Он не понимал, почему одни становятся тенью, своей мечты, а другим же… другие получают все или около того. Факкер не скрывал, что провожал Рокуэла завистливым взглядом, когда тот подходил вместе с молодым пареньком к своему белому «Мустангу». Еще одна жертва красноречивых обещаний, горько усмехнулся он, но подумал, что предложение Рокуэла нельзя игнорировать. Вдруг он предложит ему сотрудничество или хоть какую-нибудь работу. На свои двести долларов в неделю, Факкер еле сводил концы с концами, оплачивая комнату и счета, экономя на всем.
Там в джунглях Вьетнама, все было иначе, тогда они думали, что Америка встретит их как героев. Все оказалось совсем не так, толпы американцев в военной форме осаждали биржу труда. Безработица их не щадила и им, вчерашним солдатам, было еще тяжелее, чем простым гражданам. Они, ведь надеялись, что вернутся с войны и мир их примет с распростертыми объятиями. Факкер все это пронес через себя и теперь, вспоминая годы службы, грустно улыбался. Как он хотел остаться в живых и вернуться домой. Зачем, спрашивал он себя. Что оставила его прошлая жизнь в Станфорде в наследство? Больную мать, которая умерла оттого, что у него не было денег на дорогие лекарства. Заложенный дом, который он вынужден был продать и вдобавок старшую сестру с пятью кричащими отпрысками и мужем алкоголиком. Нет, такая жизнь Уильяму Факкеру была не то, что по вкусу, его уже тошнило от нее. По этому, не долго думая, он решился и отважился на встречу с Рокуэлом.
Вечером того же дня, Ребекка вернула Уиллу ребенка. Она сказала, что в полиции никого не было, а дежурный полицейский сказал, чтобы она не донимала его до завтрашнего дня.
— Так что, ты не могла оставить его у себя до завтрашнего утра, Бекки, — посетовал Факкер, — у меня сегодня важная встреча, возможно, я смогу получить нормальную работу.
— Это так серьезно, Уилл? — Ребекка, казалось, немного смутилась тем, что внезапно ворвалась к брату, да еще с чужим ребенком. — Прости, брат, я так устала, а этот малыш… понимаешь, у меня совсем нет денег, — она заплакала, закрыв лицо большими красными руками, — я не успеваю с детьми и этой проклятой работой в прачечной, боюсь совсем потерять клиентов. А тебе может, повезет, Уилл, — Бекки, грустно улыбнувшись, посмотрела на него, — надеюсь, тогда ты не забудешь свою сестру.
— Эх, Бекки, Бекки, — он обнял ее, — сегодня вечером я могу забрать ребенка, но только после того, как решу все свои проблемы.
— Ладно, Уилли, теперь главное, чтобы у тебя все получилось.
Они еще немного поговорили, но Ульям не признался сестре, что встретил утром своего боевого товарища и тот сделал ему намек на перспективную работу.
В шесть, Факкер стоял у двери номера Рокуэла. Дональд знал, что он придет, ведь это была его работа, находить нужных ему людей. Одних для службы в армии Соединенных Штатов, других для обучения новобранцев, Факкер вполне мог занять место опытного инструктора в Вест-Пойнте. Однако он ему нужен был для другого. Пока Дональд хотел, чтобы Уилл находил ему клиентов, молодых людей разочарованных в жизни и желающих подписать контракт со смертью, о последнем, впрочем, ни кто не говорил, ведь это могло стать неприятным сюрпризом. Оставшись наедине, они долго вспоминали прошлые горячие дни, когда были во Вьетнаме. Рокуэл разлил неразбавленный виски и, бросив в низкие пузатые стаканы льда, поднял бокал.
— Приятно встретить старого боевого товарища.
Факкер, согласившись, пригубил немного, пить сейчас явно не хотелось, ему было интересно узнать о работе, которую предлагал Рокуэл. Несколько недель назад, Факкер нашел ребенка у входа в магазин, где работал ночным сторожем. Дитя было совсем маленькое и, хныча, тянуло голенький пальчик на ножке себе в рот. Завернув малыша, Факкер отнес его своей сестре, женщине серьезной и разбирающейся в детях, так как у нее самой, их было пятеро. Ребекка согласилась покормить ребенка, но сказала, что завтра же нужно отнести его в полицию.