Но более всего ребят объединила любовь к кино. В каждом городе они посещали кинотеатры, порой по несколько сеансов в день, а потом часами обсуждали просмотренные картины. Оба больше не возвращались к теме семьи. Им было проще заглушить боль потери новыми впечатлениями и дружбой друг с другом. Элли часто ловила себя на мысли, что рядом с Уильямом какая-то часть ее будто засыпает безмятежным сном, унося с собой в мир Морфея и злость, и боль, и жажду одиночества.
Все изменилось в конце сентября, когда Нора и Уилл вернулись в Санкт-Петербург, чтобы спланировать дальнейший маршрут. Парень страшно хотел съездить на Байкал, а вот Элли больше привлекала поездка на Урал. Пока они спорили, приводя друг другу десятки аргументов “за” и “против”, за окном шел настоящий ливень. В самый разгар дебатов у Уилла зазвонил телефон.
– Я сейчас вернусь. Не забудь, на чем мы остановились! – он наигранно строго погрозил сестре пальцем и поднял трубку, после чего вышел в коридор, – да, Винс! – услышала Элли и обратила свой взгляд в окно. Время порой летело так быстро рядом с родным человеком, что она и не замечала как мир вокруг менялся. Осень обрушилась на нее внезапным дождем, возвращая в реальность, где нужно было как-то жить дальше. Рано или поздно Уилл должен будет вернуться в Англию. А что будет с ней? Что ей делать дальше?
Девушка вдруг ощутила себя ужасно растерянной, будто под ногами было столько дорог, что не сосчитать. И часть ее склонялась к глубокому познанию своей силы, к свободе и путешествиям, а часть… Панически боялась одиночества. Элли с замиранием сердца слушала шум дождя, и ритм капель не приносил ей успокоения.
“Может, ну его, этот Урал? Лучше уступить Уиллу. Может тогда он останется со мной еще подольше?..”
В этот момент кузен вернулся в комнату и грустно улыбнулся.
– Накрылся наш Урал и Байкал. Я должен вернуться в Лондон к концу следующей недели, – он сел в кресло и убрал телефон в карман, – Винсент звонил, намечается дело, которое агентство поручило лично мне, и возражения не принимаются.
– Вот как… – Элли опустила взгляд на свои руки, от его слов на душе стало так холодно и тоскливо, будто мороз ударил посреди осени.
– Хэй, ты чего? Помрачнела, как грозовая туча, – Уилл неловко потрепал сестру по плечу.
– Ничего. Я надеюсь, тебе повезет с этим делом, – безжизненно отозвалась она.
– Хм… А я надеялся, что ты мне поможешь. Ну, или хотя бы составишь компанию. Не хочешь увидеть родную страну своей матери? – парень подмигнул, наблюдая, как выражение лица девушки сменяется с тусклого на удивленное.
– Ты шутишь? Хочешь, чтобы я поехала с тобой в Лондон?
– Ни капли не шучу. С твоими способностями по-хорошему даже с визой возиться не надо, так в чем проблема? Ты ведь больше не боишься нашего дядю?
– За себя я смогу постоять, но если твои прежние догадки верны… Вдруг он попытается использовать тебя против меня?
– Если и захочет, ему вряд ли помешает расстояние между нами с тобой. Я в любом случае вернусь в Лондон, и он это наверняка знает. Давай, Элли! Не отказывайся от такой возможности из страха. Разве тебе будет лучше здесь совсем одной?..
“Нет! Я не хочу снова быть одна! Или хочу…”
Девушка молчала добрых пять минут. Но выражение лица брата, его доводы и желание самой Элли противостоять страху превысили аргументы холодного рассудка.
– Что ж… Когда выезжаем?
С этого вопроса началась новая страница жизни Элли Деамон. Она еще не знала, с чем ей предстоит столкнуться, но чувствовала сердцем, что эта дорога верная.
Глава 4. На перепутье
Вопреки ожиданиям Уильяма им все же пришлось заморочиться с документами. Элли пока не могла создать себе визу из воздуха, да и не имела необходимых знаний, чтобы наколдовать себе ее без ошибок. Так как она родилась в России и успела пожить во Франции, ей не пришлось делать документы с нуля, что ускорило дело, а щепотка магии помогла девушке уложиться в срок. Волшебницу сильно раздражало, что вся эта возня вообще необходима. Она понимала, для чего это нужно, но тем не менее. Разве имеет смысл подстраиваться под законы людей, когда ты имеешь власть щелчком пальцев переместиться в любую точку мира?
“Все же Матильда была не права, завершив мое обучение сейчас. Она много лет путешествует по свету, могла бы и посвятить меня в тонкости перемещений и дать несколько ценных советов по документационной волоките!” – размышляла Элли, когда ждала своей очереди в визовом центре. Она нередко ловила себя на мысли, что скучает по наставнице. Матильда исчезла вместе со своей библиотекой так стремительно, что иной раз казалось, будто ее вовсе никогда не было в жизни девушки. Об обратном напоминало только оставленное ей зеркало.