“Хватит. Если хочешь свободы, давай ближе к делу, личность недоделанная! Ненавижу…” – Нора вытерла слезы и глубоко вздохнула. Подобные перепалки не были редкостью. Они быстро вспыхивали, и так же быстро сходили на нет. Обе старались выговаривать свои чувства, но не переступать черту, чтобы ненароком не разрушить себя изнутри. Сменив наряд с концертного на более повседневный и поправив макияж, девушка приступила к работе.
Книг в архиве Ихтиандра осталось не так много. Тут было немало редких экземпляров, собранных еще Тодеусом Мёрдоком, однако все они не имели никакого отношения к раздвоению личности у волшебников. Здесь можно было отыскать фолианты об истории различных чар и способах сушки корня белладонны. Нашлись даже старые инструкции по наложению проклятий, среди которых Элли отыскала то, что убило ее мать. Увы, сейчас эти знания мало на что влияли.
Солнце начало клониться к горизонту, когда рыжая макушка девушки наконец вынырнула из книжных завалов. Отсортированные томики она быстро убрала в чемодан, остальное оставила на грядущий день.
“Мы обещали Винсенту позвонить, когда освободимся. Он хочет отпраздновать сдачу экзамена”, – вяло напомнила Нора.
“Ты обещала. Но ладно. Звони своему ненаглядному.”
Девушка достала телефон и набрала номер детектива. Винс взял трубку после второго гудка.
– Да, любимая? – голос парня выдавал нежную улыбку, и Нора не смогла не улыбнуться в ответ.
– Привет… Я уже освободилась, где ты сейчас?
– Ma chère, меня вызвали на работу, так что я сейчас в офисе. Но я освобожусь через пару часов, так что мы обязательно отметим… Ты же сдала? Как все прошло?
Нора помедлила с ответом, закусив губу от напряжения.
– Сдала. Все прошло нормально, даже рассказать не о чем, – девушка закрыла чемодан и щелчком пальцев отправила его домой.
– Потрясающе! Ты так готовилась, я не сомневался, что ты справишься!
– Спасибо. А по какому делу тебя вызвали? Это точно не может подождать?
– Увы, родная, это по крупному делу. Помнишь, я рассказывал о похищении драгоценностей из ювелирного на Мейн-стрит? Нашлась свидетельница, и меня вызвали чтобы наладить с ней контакт.
– Но у тебя же выходной!
“Свидетельница, как же. Наверняка он уже ей глазки строит, а ты тут ни сном ни духом…” – Изи усмехнулась, – “Верь больше этому детективу. Уильям не зря говорил, что у твоего Винсента шило в одном месте.”
“Прошу тебя, замолчи…”
– Да, я тоже был возмущен, но это правда важ…
– Важнее, чем наши планы? Важнее, чем твоя личная жизнь? Ты же знал, какой сегодня важный день. Мог перенести это на завтра.
– Элли… – парень глубоко вздохнул и перестал улыбаться, – почему ты так говоришь? Я же работаю не просто так, не всем дано… – он запнулся, – у меня нет возможности телепортироваться, когда захочу и сделать что угодно по щелчку пальцев. Будь немного терпимее, прошу тебя.
– Хочешь сказать, что я тебя напрягаю? Ты же знаешь, я планировала обучить тебя, когда ты выйдешь в отпуск, так как ты можешь?..
– Я ничего подобного не говорил! Какая муха тебя укусила?
– А такая, что ты постоянно срываешься на свою работу, когда нужен мне больше всего! – голос Норы зазвенел от возмущения, и она сама не могла различить, чье это было чувство. Нервы колдуньи были на пределе, и Винсенту не повезло оказаться в этот момент в центре ее внимания.
– Да я буду дома уже через два часа! – не выдержал Винс, – и я не отменял наши планы, просто…
– Не кричи на меня! – девушка вспыхнула, как спичка, – торчи на своей работе, сколько влезет! – и она бросила трубку, тяжело дыша. Нора чувствовала, как контроль постепенно уходит у нее из рук, а тело начинает слушаться другую хозяйку.
“Что за?.. Изи, ты что творишь?!”
“Хочу немного погулять. Не сопротивляйся, сестрица, ты сейчас слишком нестабильна, чтобы управлять телом. Посиди, подумай над своими отношениями, а я уж разберусь, где нам провести этот вечер”, – голос Элоизы сочился приторным добродушием. Контроль перешел к ней более чем полностью. Впервые девушки поменялись ролями до такой степени. Прежде Изи получала от Норы частичный контроль, могла говорить или двигаться, но не более. А теперь все было иначе. Теперь Элоиза правила бал, а Нора оказалась заперта в собственном разуме.
“Выпусти меня! Так не честно, ты поймала меня на слабости! Элоиза!!!”
“Не заставляй меня заткнуть тебя силой. Ты сама виновата, впредь будешь думать о том, как запирать меня в этой клетке и обвинять в жестокости.”
Девушка покинула дом Мёрдоков и пешком отправилась гулять по в кои-то веки солнечному Лондону. Вечер опускался на летний мегаполис мягким, теплым ветром и красивым закатным небом. Элоиза шла вперед и испытывала непередаваемое чувство эйфории. Свобода действий опьяняла. Ощущения на теле стали ярче и мельчайшее дуновение ветерка ласкало кожу до дурноты приятно. Колдунья жадно впитывала каждое мгновение обретенной свободы, не обращая никакого внимания на протесты обманутой “сестры”.