– А как твоя учеба? – Матильда решила перевести темы разговора, заметив на лице Элли смятение и напряжение.
– Я поступаю в академию музыки в этом году. Первый экзамен уже позади, а через неделю будут еще два. Если сдам успешно, продолжу заниматься скрипкой на профессиональном уровне, – глаза Деамон загорелись холодным, но восторженным огнем.
– И ты готова к этому? Мне казалось, ты больше тяготеешь к живописи…
“Так и есть!”
“Да ладно, Нора, ты же не забросила живопись, не нуди!” – Элоиза усмехнулась этой мысли.
– И то и то мне по душе. Но я решила бросить себе вызов, дать шанс своему музыкальному таланту, – девушка улыбнулась ярче, а Матильда сильнее напряглась от того, как играли блики в глазах ее ученицы.
“Она явно что-то скрывает от меня. И если мои подозрения верны, это не к добру…” – женщина сложила руки на груди.
– Хорошо. А магия? Как твоя связь с зеркалом?
– Привыкаю к нему. Поначалу выходки этой стекляшки меня дико подставляли, но сейчас мы все лучше ладим. Оно показывает мне почти все, чего я хочу. Недавно вот наткнулась на одно местечко, что видела в зеркале годом раньше, и там познакомилась с колдуном…
– Вот как? И как его зовут? Возможно я его знаю, – Матильда заинтересованно улыбнулась, хотя внутри все похолодело.
“Не говори ей. Молчи, слышишь?” – Изи уловила перемену в лице наставницы, и ее охватило неприятное предчувствие.
– Эм… – Элли замялась, – честно говоря, я не узнала его имя.
“Молодец! Почти не солгала, имя он не называл!”
– Почему же? – Матильда не стала отступать от темы, предчувствуя беду. Если этот маг – Дэвид, то у девочки явно большие проблемы. Женщина молилась всем богам, чтобы Элли говорила о другом человеке.
– Я узнала, что он маг, случайно, – нашлась девушка, – и не успела подойти к нему познакомиться. Но думаю, однажды я эту ошибку исправлю. Очень уж интересно узнать, как живут другие волшебники.
– Если хочешь, я помогу тебе влиться в местное волшебное сообщество, – предложила Мати, сверля ее взглядом, – в конце концов, я много лет отдала Великобритании, и знаю здесь почти всех “светил”.
“Это хорошая мысль, Изи! Почему бы не согласиться? Если Мати введет нас в круг магов, ты сможешь найти больше источников информации! Сдался тебе этот Дарк? Больше чем уверена, фамилию он явно взял говорящую, и не спроста!”
“Я уже говорила, что ты не отвертишься от встречи с ним, Нора. А предложение Матильды, конечно, интересное, но я хочу сама найти путь в этот “круг”. К тому же, есть у меня подозрение, что Мати просто переволновалась из-за Роберта, вот и хочет нас контролировать. Не ведись!”
– Спасибо за предложение. Я подумаю… А сейчас извини, мне пора бежать. Давай встретимся на днях? Обсудим все более детально? – Элли встала, мило улыбаясь, хотя в глазах по-прежнему плясали огоньки, от которых Матильду бросало в холод.
– Конечно, дорогая. Я расположусь в Шордиче, не далеко от тебя. Сможешь найти мою библиотеку с завтрашнего дня на пересечении двух соседних улиц, – она тоже встала.
– Договорились, – Элли чмокнула наставницу в щеку, – до встречи, Мати! – и она убежала из кофейни, забыв и о Матильде, и о недавней ссоре с Винсентом.
Де Форс проводила девушку тяжелым взглядом. Допив свой кофе, женщина приняла решение, от которого ей стало жутко не по себе. Она решила навестить своего сына.
Отношения с Дэвидом давно не складывались. Они пересекались раз или два в десятилетие, обменивались “любезностями” и снова пропадали из поля зрения друг друга на года. Он не желал слушать наставления матери, а ей в конце концов попросту надоело пытаться убедить его в чем-либо. Иногда Матильда ввязывалась в некое подобие соревнований с сыном. Кто быстрее найдет артефакт в Новой Зеландии, или кому достанет хитрости и смекалки обвести вокруг пальца Орден Гекаты для получения тайных знаний. Шалости на грани с безумием, но ей они давали иллюзорную связь с давно отрекшимся от нее ребенком.
Потребовалось около часа, чтобы полностью восстановить силы и найти нынешнее пристанище Дэвида. Заклинание привело ее в прекрасный театр, где собралось столько магических тварей, что сосчитать было нереально. Все они были заняты делом. Готовили декорации, репетировали партии, настраивали свет… Каждый занимался своей задачей, пока хозяин лениво окидывал взглядом результаты их труда.
“Он почти не изменился…” – женщина скрыла себя заклинанием, чтобы выгадать момент для разговора. Сердце матери трепетало от волнения и подавленной боли, ей как никогда отчаянно хотелось вернуться в то время, когда ее мальчик был обычным ребенком. Одаренным юношей, аристократом с блестящим будущим… Прошло больше шести столетий, и от того Дэвида остался лишь внешний образ и ясность золотисто-карих глаз.