И уверен — всё, что произошло с моей семьей, по мнению матери, является уроком того, как аристо поступают с бесклановыми, когда замечают хоть малейшее стремление к лучшей жизни. Участь бесклановых делает людей пугливыми — привыкшими к бесконечным угрозам и давлению. Оттого люди, более низкие к теме, смотрят на жизнь более приземлённо. Мои приёмные родители были такими; они никогда не были дураками и не обладали раздутым самомнением, а желание к совершенству было ровно таким, каким требовало от них общество, но…
Даже это не помогло им. И именно это не позволяло мне сидеть сложа руки и дальше — никто, кроме меня, не стал бы влиять на жизнь бедняков. Потому я чувствовал ответственность.
Я неспеша прошёл в гостиную и, вновь оглянувшись, присел на старенький диван. Дома было пусто — мать явно издавна не посещает это место. Паутина, пыль и грязный пол, на котором алхимическая печать на данный момент подсвечивает следы обуви — всё, что изменилось с последнего дня, когда я ещё жил в этом месте. И, к слову, всё это ещё раз подтверждает мои догадки — люди Кондо явно гостили у меня… не один раз.
«Милый дом» более не казался таким уютным, каким он был прежде. И дело было не только во мне, — человеке, на которого нацелена чуть ли не основная масса мафиози — но и во всей ситуации вокруг меня. А может и по той причине, что именно в этой гостиной был убит мой приёмный отец.
Казалось, что этот дом для меня потерян навсегда.
— Пусть мама услышит… — напевая под нос на родном языке, я взял в руку мобильник и набрал номер матери. — Пусть мама придёт…
Раньше делал это редко, но сейчас… думал о ней чуть ли не каждый день.
— Пусть мама меня, — три гудка мелодично раздались из динамика моего мобильника. — Непременно най…
— Да. — Спустя несколько секунд она ответила.
Голос матери, хоть и прозвучал с опаской, приятно прошёлся по всему моему телу. Как бы я холодно ни относился к ней, тот факт, что она в здравии, успокаивал. Я сделал чуть заметную паузу, набирая в грудь воздуха и…
— Это Эйджи, — выдохнул.
Мать, услышав мой голос, тут же с облегчением цыкнула. Казалось, будто моя безопасность её беспокоила не меньше.
— Я у тётушки Сьюзи, сынок! — послышалось в динамике. — Со мной всё в порядке. Никто не беспокоит. У тебя всё хорошо?
— Хочу увезти тебя, — не отвечая на вопрос, выпалил я хрипловато. — Собирай вещи, ты слишком много времени провела в гостях.
Женщина явно не ожидала подобного призыва к действиям. Она помолчала пару секунд, подумала и…
— А… куда? — произнесла чуть ли не шёпотом. — Наш дом. Там очень опасно, милый.
Опасно, тут она права. Но я не собирался перевозить её в это место.
— В Графство клана Хатано.
Да, я действительно видел в Роране человека, на которого можно понадеяться. Когда речь заходит о целости и безопасности родных, никто другой из моего окружения не способен столь яро стремиться к созданию лучших условий. И неудивительно.
— К-куда? — вырвав меня из размышлений, недоумённо спросила женщина. — В Графство?
Я тихо усмехнулся, мотнув головой. Эта женщина в подобном месте явно больше походит на служанку, чем на законную гостью. Мне, человеку, что лишь три года прожил в «условной» нищете, никогда не понять приёмную мать, с рождения кочевавшую по заброшенным домам и приютам для бездомных.
Ощущения были подобные тем, когда удалось приобрести этот домик на краю города. Женщина буквально умоляла меня не привлекать внимания аристократ и продолжать жить скромно. Но я был беспрекословен.
Да и сейчас, впрочем. Думаю, отказать мне сложнее, чем кажется.
— Мам, просто доверься мне, — спокойным тоном заключил я, дёрнув уголками губ в улыбке. — Договорились?
— Д-да, — дрогнул голос матери. — Д-да, хорошо.
Вот и ладненько. Отложив мобильник, я задрал голову к потолку и тихо усмехнулся. Неужели скоро действительно вернусь в свой мир? Даже не верится как-то. Раз за разом повторял себе, что смогу пережить любой невзгод и вернуться с большей силой…
Чёрт. Даже думать об этом было сложно. Спустя столько лет рана была всё ещё свежа — и я так и не был уверен, что вообще когда-нибудь затянется. Один неудачный день, и вот уже княжество в огне, ответственность за её существование ложится на мои плечи, а Князь Игорь…
Пожалуй, это было самым тяжёлым. Истребление всего княжества — трагедия, но в тот период Йокагами истреблял одно государство за другим. То, что произошло с моим отцом, выходило из ряда вон. Видеть его — таким слабым… израненным, изувеченным! Искать способ помочь ему, тратя все силы на его защиту, гадать о том, как Йокагами вообще смог стать таким монстром…