— У них низкая слышимость. Если будешь говорить громко и четко, то они тебя услышат.— Демьян ухмыляется.— Хочешь поговорить с ними?
— К сожалению, в моей голове нет приличных слов, которые я могла бы им сказать. А бросаться нецензурными фразами на весь лес у меня нет никакого желания,— фыркаю я.— А может, сбить дрон камнем?
— Не сейчас.
— А что будет, если это сделать сейчас?
— Мы разозлим их, и тогда они попытаются убить нас раньше. Сейчас мы им интересны. Именно поэтому они следят за нами и не предпринимают никаких действий. Но и это не продлится слишком долго.— Власов перепрыгивает через небольшую яму, опираясь посохом о землю.
— Как думаешь, каким будет их следующий шаг?— Я заправляю в шапку пару непослушных прядей, постоянно падающих на лицо. В голову приходит мысль, что я похожа на мальчишку в таком образе.— Разве им не наскучило взрывать и травить игроков?
— Не забывай, что некоторых убивают хищники.
— Помню. Но это тоже может наскучить. Люди, придумавшие Лудус, наверняка не остановятся на чем-то одном.
— Они и не останавливаются. Все эти испытания придумали не сразу. Из года в год они добавляли что-то новенькое. Так появились разные дроны, хищники.
Демьян точно следил за игроками. И делал он это на протяжении долгих лет. Но...кто дал ему такое право? Если это его отец, то зачем он позволил своему сыну участвовать в Лудусе? Может ли быть, что он заставил его? Что, если отец избил его и бросил в лес? Но зачем поступать так с человеком, который беспрекословно выполняет все приказы?
Я долго думаю над этим и предполагаю, что Демьян мог нарушить приказ или что-то в этом роде. Но даже если это так, то посылать его на верную смерть — это жестоко со стороны родного отца.
— Что они добавили в этом году?
— Меня,— не раздумывая, отвечает Демьян.
Он неожиданно останавливается и оборачивается. Я непонимающе разглядываю его. Амарок начинает рычать и смотрит куда-то за деревья. Демьян резко хватает меня за руку и прячет за собой.
— Что случилось?— взволнованно спрашиваю я, выглядывая из-за его широкой спины
— Здесь кто-то есть.— Его взгляд бегает между деревьями. Толстые стволы могут скрывать кого угодно.— Выходи,— приказывает Демьян.
Из-за одного из деревьев показывается высокая мужская фигура. Голубые глаза осторожно бегают по нам и задерживаются на Амароке. Я замечаю в них страх и тревогу. Незнакомец сглатывает слюну и напрягается. Его губы сложены в ровную линию. На грязной водолазке, которая, видимо, когда-то была белой, есть пятна крови. Черные брюки порваны в нескольких местах.
— Кто ты?— сурово спрашивает Власов, впившись в него цепким взглядом.
— Я...Филат,— настороженно отвечает незнакомец.— А вы?
— Ты следил за нами?— игнорирует он его вопрос.
— Нет. Я...просто шел в эту сторону и увидел вас.
— Почему ты шел именно в эту сторону?
Филат, если его на самом деле так зовут, прижимается боком к стволу. Его взгляд то и дело падает на Амарока. Он слишком напуган и хочет спрятаться.
— А что, в эту сторону позволено идти только вам?— недовольно морщится он.
— Почему ты выбрал эту сторону?— Демьян начинает злиться. Незнакомец не внушает доверия, но Власов очень бурно реагирует. Он готов наброситься на Филата раньше Амарока.
— Почему этот волк не нападает на вас?
Демьян сжимает посох и поднимает его как копье, направив острый край в Филата. Обстановка накаляется. Дрон летает над нами, словно надоедливый журналист, снимающий происходящее.
— Кто тебя послал?— низкий, грохочущий голос Власова вызывает у меня мурашки. Я не вижу его лица, но уверена, что на нем застыла угроза. Его тело будто вибрирует от гнева.
— О чем ты?— Филат делает шаг назад.— Кто мог меня послать? Я проснулся в лесу неделю назад.
— И сразу решил идти на север?
— Я даже не знаю, какая это сторона. Я просто шел по следам, которые заметил. Видимо, они принадлежали вам.
— Возможно, он говорит правду,— шепчу я.— Он такой же игрок, как и мы.
— Он не пойдет с нами.— Демьян мрачно смотрит на меня через плечо, разгадав ход моих мыслей.
Я уже думаю о том, что Филат может помочь ему в охоте. Да и не только. Демьяну приходится во многом прилагать усилия. Ему и так сложно, потому что на нем много закрытых ран, которые продолжают заживать. А я не во всем могу помочь.
— Он может помогать тебе.
— Я не нуждаюсь в помощи.
Я глубоко вздыхаю и пытаюсь подобрать слова, которые повлияют на него. Но он слишком твердолобый, чтобы слушать меня. Ему не хочется подпускать к себе еще одного человека.